- Я должен посмотреть - я встал из-за стола и почувствовал, как дрожат мои колени.
- Я с тобой. – вцепилась мне в рукав Ольга.
Обескураженные, мы вышли мы на асфальт, держась за руки, а за нами испуганно остальные подтянулись. Там, где цвели ромашковые поля (кафе стояло на окраине) теперь зияла головокружительная пустота, в которую уходила (прорезала) лишь тонкая тропинка-гребень оставшейся земли. Эта дорожка тянулась к самому горизонту, туда, где должен быть лес, которого теперь не было, и терялась в сумраке ночи. Из недр пропастей по ту и другую сторону тропы поднимались зловещие клубы тумана.
Какое-то время все смотрели на красное небесное тело, которое и пугало, и завораживало жуткими сиянием и булькающими протуберанцами.
- Что это, как думаешь? – спросил я Ольги, поскольку предыдущие версии явно казались не состоятельными
- Мне страшно делать догадки. Но это точно не луна.
Мы обошли кафе по периметру по оставшейся трехметровой полоске асфальта и обнаружили, что моей девятиэтажки, супермаркета и других домов рядом больше нет. И всего микрорайона тоже нет. Мы остались единственным островком тверди, эдаким гигантским столбом, от которого отходило всего три узкие – не шире полуметра – тропки, похожие на гребни горных вершин или края вулканов. Вторая тропка вытягивалась прямо позади кафе. Она просматривалась примерно на двести метров, а дальше скрывалась в клубах тумана. Еще одна ниточка земли отходила от восточного торца кафе и легкими зигзагами вела в сторону светофорного перекрестка ( которого теперь не было), где через сотню шагов так же терялась в бело-желтых испарениях.
Мы не знали, насколько глубоки провалы вокруг, но до куда доставал взор, пока ему не мешала дымка внизу, это были сотни метров….. Почти отвесные склоны узких гребней-тропок, на наших глазах внизу обваливались тяжелыми комьями земли. Они срывались и падали в зловещую глубину. Я сомневался, что эти хрупкие образования выдержат повторное землетрясение, а если обвалятся и они, то мы будем полностью изолированы от….мира. Хотя я теперь не был уверен, что мир сохранился.
Коробочка…Кужур-таки….Я увидел глаза Ольги и все в них прочитал. Что же я натворил!?
Минут через двадцать туман, скрывавший «заднюю» и «торцевую» тропу, слегка рассеялся, и мы с некоторым облегчением увидели, что они ведут к другим столбам тверди. Задняя тропка соединялась с островком, на котором темнело полуразрушенное здание школы из красного кирпича. Торцевой гребень (самый короткий из трех) вел к пятачку земли со странной бревенчатой хижине с двускатной соломенной кровлей, в окнах которой горел тусклый желтый свет. И хижину, и школу обволакивали жидкие полосы густых испарений, которые не давали разглядеть окружающий ландшафт дальше нескольких сотен метров. Однако провалы вокруг подсказывали, что похоже твердь в радиусе многих десятков, а может и тысяч, километров разошлась, как в доархейский период развития Земли.
Мы все столпились у края обрыва, обратив взоры на зловещую избушку, на которую падали красные отсветы сияния.
- Что это за дом? – Снежанка на нас оглянулась, а у самой лицо белее простыни – Там же не должно быть дома. Там был перекресток. И пятиэтажки.
- И еще пивнушка, – подсказал Саня. – Дома точно не было.
- Какого дьявола происходит!? – первая не выдержала Юля и глаза у нее мокрые, ведь в тех домах, которые еще пять минут назад стояли вместо провалов, жили ее родители, друзья, братья и сестры.
А теперь получается никого из них нет. Свыкнутся с таким поворотом судьбы не очень то просто. Ладно, мы с Ольгой подкованы в подобных ситуациях, но наши внезапные товарищи по несчастью явно еще не могли принять реальность произошедшего.
- Где все люди!!?? – продолжила психовать Юля. – Мама!! Мамочка, где ты?!
И давай так надрывно рыдать, что я невольно Сане глазами показываю и тут он, наконец, обнял ее и его свитер скоро пропитался горючими слезами.
Паника заразительна. Теперь вот и Снежанка давай хныкать, как ребенок малый и тоже кричит «Мама! Мама!».
- Успокойся - пришлось мне ее приобнять одной рукой, чтобы она сдуру в пропасть не сиганула. – Мы во всем разберемся.
Из всех девочек, только одна Ольга ни слезинки не пролила. Стояла и сосредоточенно на дом смотрела, будто взорвать его силой мысли хотела. А после принюхалась и пошла к первой тропке, что прямо напротив входа в кафе.