— Вам известна история этой фотографии? — спросил Тим бармена, хотя и был уверен, что тот лишь покачает головой и скажет, что данной информацией он не владеет. Но бармен оказался не так прост, а вернее его дед.
— Кое-что известно, — кивнул он головой. — Мой дед помимо фотографии обрел еще одно увлечение. А именно — решил найти сведенья об ее создателе.
— Неужели ему это удалось?! — искренне удивился Тим, готовый слушать и впитывать все, что ему поведает бармен.
— Не так много, но и не мало. Я очень любил деда, и мне всегда нравилось слушать его рассказы. И теперь, рассказывая все вам, мне кажется, что я отдаю дань памяти ему. — Он криво улыбнулся и пожал плечами. — К тому же мне сейчас одолевает чувство, что дед мне рассказывал все ради этого дня, чтобы я, в свою очередь, все рассказал вам.
Тиму тоже казалось, что сегодня он попал в этот бар не спроста, но оставил свое мнение при себе.
— Мой дед узнал, кому ранее принадлежала книга, в которой он нашел карточку. Выяснилось, что ее владелицей была некая Сэлли Робинс. Дедушка прошелся по архивам и обнаружил ее место жительства.
— Он нашел ее? — с трудом скрывая волнение, спросил Тим.
— Нет, — с небольшой паузой, произнес бармен. — По тому адресу жила другая семья. Они ничего не знали про девушку на снимке, хотя и утверждали, что приобрели дом от бывшего его владельца. — Бармен оглядел высокий бокал на тусклом свету, в поисках пятен и не найдя их, довольно отложил его в сторону, принявшись за другой. — Дедушку это очень расстроило, но он решил не сдаваться, а продолжить поиски. В том же городе (а это было где-то в Нью-Мехико), дед нашел старожила, который и поведал ему всю тайну этой фотографии. Признаться историю, которую поведал ему старик, а затем и сам дед мне, сильно повлияла на меня тогда. И сегодня я вспоминаю о ней не без эмоций.
Старик рассказал ему о том, что фотографию сделал молодой парень по имени Томас Эпллгейт еще в 1943-ем году. Сфотографировал он свою любимую девушку, чье имя моему деду уже было известно. На фотографии она была грустной по той причине, что Томас вызвался добровольцем идти на войну. Конечно, девушка не была рада этому.
Он сделал две фотографии — одну взял с собой, другая осталась ей.
И уже через два дня после изображенного момента, он ушел воевать с фашистами…или японцами.
Вернулся скоро — в гробу и с американским флагом. Кажись, его родные даже получили награду и благодарность от самого генерала Маршала за проявленное мужество парнем. Не знаю — правда, это или нет. Но, мне доподлинно известно, что он похоронен в Арлингтоне, на национальном кладбище. Мой дед был на его могиле.
Кто-то создает себе кумиров из рок-звезд, кто-то из киноактеров, кто-то из убитых президентов. Мой дед создал себе кумиром этого парня, только лишь потому, что тот, в свое время, сделал очень удачный кадр, который полностью изменил его жизнь.
Бармен пожал плечами, после чего отложил в сторону последний бокал. Теперь его руки больше ничем небыли заняты, и он опустил локти на стойку, чем немного сократил расстояние между Тимом и собой. Бар заполнялся людьми и теперь от гула вновь прибывающих, бармену приходилось говорить громче.
Но не успел он продолжить свою речь, как к стойке подошли и заказали выпивку. Тиму ничего не оставалось делать, как ждать. Все ранее сказанное барменом он аккуратно складывал в своей памяти и с каждой новой информацией не мог отделаться от мыслей, что он все это уже слышал раньше, но точно не помнил где именно.
— Не знаю, кто горевал сильнее — родные парня или же девушка. — Наконец продолжил бармен рассказ шестидесятилетней давности. — Но девушка не смогла дальше жить в городе, где все знали ее и убитого парня и при этом не упускали момента выразить свои соболезнования. Она продала дом, который построил парень, специально для их бедующей семьи и уехала из городка, даже из штата, при этом, поссорившись с родителями Томаса (а именно с его матерью), которые претендовали сами на дом. Якобы тот дом был памятью им о сыне. Но, получив большую часть суммы от продажи дома, успокоились. Переехала она куда-то в Колорадо и… — Бармен запнулся. Следующие слова дались ему не без труда. Но выслушивать их Тиму было еще сложнее. — Старожил слышал, что ее убили вскоре после переезда. Скверно убили, изуродовав труп. Было при этом изнасилование? Дед говорил, что нашел некоторые сведение об этом в газетах, и информация в них разнилась. Некоторые утверждали, что изнасилование было и что это было главной причиной убийства. Другие источники утверждали, что его не было, и виной всему была Черная Месса. Третьи и вовсе ссылались на проклятие. Одним словом — «желтая» пресса. Но одно было известно точно — девушка изображенная на фото была убита.