- Вероника. Наблюдаете вы и что дальше?
- Потом изучаем, делаем записи и выводы. Думаем, что предпринять. Нам главное понять, что замышляет волшебница и решить, сможем ли мы помешать. И еще, если она решит напасть на поселение, то мы будем знать об этом.
- И что тогда?
- Это будет зависеть от того, сможем ли мы дать отпор.
- А если нет?
- Тогда бегство.
- Куда тут бежать?
- Единственный выход на Скалму. Ближайшая планета и, самое главное, там не правит Сулиия.
- Почему?
- Там сильный правитель и она не станет с ним связываться. По крайней мере пока.
- Понятно. Значит, мне предстоит наблюдать и делать выводы. А потом докладывать?
- Если что-то срочное, то сразу Захару по мобелерсу. А так мы собираемся раз в три-четыре прохода Айлис. Много голов – больше мыслей, много мыслей – придет решение.
- Что же, пожалуй, мне это подойдет. Думаю, я справлюсь. А где можно посмотреть, что уже известно на этот момент.
- Ты молодая, но цепкая. Надеюсь, что такая же умная и поможешь, причем не только Люсому.
- Хотелось бы верить.
Вероника уже собиралась уходить, как вдруг ее осенило.
- А где вы берете энергию, чтобы все это работало, да еще спутниками управляете, мобелерс работает на больших расстояниях?
- Все просто. Энергия вырабатывается в городе, а мы ее в емкий аккумулятор собираем и пользуемся.
- Воруете, значит?
- Она для всех работает, мы тоже жители этой планеты. А спутниками управляем не мы, нам помогают. Но это секрет, одно только скажу на планете работает Секезнет.
- Я никому не скажу, мы в одной упряжке, - сказала Вероника и, видя непонимание Анны и Игрэос, сказала. – В одной лодке… Не важно. В общем вместе. Понятно?
Обе женщины кивнули.
Последующую неделю Вероника ежедневно ходила «на работу», как она говорила Экберу. Она вместе с Игрэос и Анной наблюдали за тем, что происходило на объектах, делали записи, сопоставляли события. Пока ничего серьезного им не приходило в голову, все шло так, как обычно, пока не привезли очередную партию детей.
В этот день была очередь Вероники следить за мониторами. Она, не отрываясь смотрела, как детей выводят и выносят из огромных железных ящиков. Некоторые не подавали признаков жизни, другие еле стояли на ногах, иные сразу падали на землю. Вероника всматривалась в лица, на глазах появились слезы, но она их не вытирала. Вот так же ее выгрузили на этой планете. Казалось, это было только вчера. Неожиданно мелькнуло знакомое лицо, и Вероника внимательно присмотрелась. Длинные грязные волосы спутаны и торчали в разные стороны, рваная джинсовая куртка, мятая кожаная юбка.
- Дашка! – воскликнула Вероника.
- Знакомая? – спросила Анна, отрываясь от бумаг.
- На базе познакомились. Надо ее найти.
- В город пойдешь?
- А что, я там была. Знаю, что и где, с кем-нибудь поговорю. В гостиницу зайду, может знакомые еще остались, у них спрошу про обстановку.
Ее идея пришлась по душе Захару, а вот Экбер был против.
- Там опасно, - сказал он. – Тебя могут узнать. И еще ты женщина из рода людей.
- Я осторожно. От солдат подальше, к людям поближе. Моя одежда сохранилась, постираю и в ней пойду. Не переживай, все будет хорошо. Я должна помочь Даше.
Наконец Экбер согласился, но упросил Захара приставить к ней сомна. Для передвижения выделили один из аэромобилей, а сомну, сопровождавшему Веронику дали мобелерс для связи, на случай непредвиденных обстоятельств.
Прибыв в гостиницу, Вероника направилась в комнату для прислуги. Из знакомых осталась одна пара, жена работала служанкой, а муж поваром. Они встретили ее настороженно, но Вероника сумели их разговорить и узнала в том числе о том, что в городе появились новые воины, которых называют гандры. Суровые, беспощадные, хорошо вооруженные, защищены стальными костюмами.