- А с Захаром как познакомилась?
- Любопытная ты. Познакомились и познакомились. Свадьбу играли на Земле. Потом Родя родился. Теперь у них все хорошо.
- Это замечательно. Просто у них какие-то странные отношения. А сын на них мало похож. Вот я и…
- Ты им этого в глаза не скажи.
- Не скажу, конечно. У каждого своя жизнь. Когда-то и у нас с Экбером дети будут.
Анна как-то странно посмотрела на Веронику, но ничего не сказала и отвернулась к монитору. Вероника хотела спросить ее, что не так она сказала, но вошла Игрэос и она отошла к столу, взяла отчеты и принялась их читать.
- Что там? – спросила Игрэос, глядя на монитор.
- Вроде ничего, - ответила Анна. – Если не считать некоторого скопления машин у постов. Но из них никто не выходит, возможно пустые и прибыли, чтобы забрать воинов. Постой…
Анна и Игрэос в голос ахнули. Анна схватила мобелерс. Вероника обеспокоенно подошла к монитору. То, что показывали спутники, заставило всех троих напрячься. Анна в это время докладывала:
- К обоим военным постам подъехали крытые машины. Ничего не происходило, но сейчас оттуда сходят гандры… Да, именно такие, как описывала Вероника, но страшнее и… Хорошо, продолжаем мониторить… Обязательно будем докладывать, если… Отключился.
Женщины в три пары глаз наблюдали как гандры спускаются по сходням и строятся в ряды. Всего получилось сто сорок четыре на двух постах. Воины хорошо вооружены и защищены, высокие и сильные, а значит один воин мог победить двоих, а то и троих и не устанет, останется неуязвим. С такими воевать, себе дороже, все же придется бежать. Так думала Вероника, но что решит совет.
Гандры и воинствующие сомны не дадут поселению спокойно жить. Но зачем Сулиии жертвы, если она решила подчинить всех своей власти. Значит уничтожать их не будет, если не идти против нее. В плен, конечно, попасть к волшебнице не хотелось бы, но уж лучше так, чем погибать. С такими мыслями Вероника шла по поселению и, если ее не пустят на совет, то будет ждать Экбера на улице, а заодно и послушает, о чем будет вестись разговор.
Подходя к строению, в котором проходили совещания, она увидела, что туда же подходят жители Люсома. С детьми, с пожилыми родственниками, которых Вероника ни разу не видела на улице. К собравшимся вышел Захар, осунувшийся, под глазами мешки, отчего глаза казались щелочками, сгорбленный. Ему поставили ящик и помогли подняться. Захар оглядел всех, приосанился.
- Люди и сомны, - начал он тихо, потом откашлялся и продолжил громко. – Друзья! Волшебница Сулиия набирает армию. Воины со всей Галактики вступают в ее ряды. Они хорошо обучены, вооружены и защищены. Вы все знаете, что ждет нас, если воины волшебницы придут сюда. Поэтому совет принял решение – распустить поселение, во избежание потерь.
Захар замолчал, послышался гул голосов, несколько женщин заплакали.
- Единственно правильный выход, - продолжил Захар. – Лететь на другую планету. Но… у нас нет транспорта, а те воздушные корабли, которые мы сможем нанять, не только не смогут преодолеть большое расстояние, но и не вместят большое количество народа. Если у кого есть возможность самостоятельно улететь или есть где спрятаться на Секезде, то поторопитесь. Остальные, кто остается, в том числе воины, идем в горы на юг. Там расположен частный военный космопорт, надеемся, что есть небольшой шанс улететь с него.
Стоя в стороне от всех, Вероника слушала, что говорит Захар и ее душа холодела. К ней подошел Экбер и приобнял за плечи, она уткнулась ему в плечо.
- Что с нами будет? – тихо спросила она.
- Все хорошо, надеюсь. Жаль, что не получилось уничтожить лабораторию.
- И Дашу я не нашла, - отозвалась Вероника.
- Ты пойдешь со всеми на юг, а я останусь. Мы попытаемся все же что-нибудь сделать и вас прикроем, если что-то пойдет не так.
- Нет! Я не пойду без тебя!
- Я должен! Понимаешь, Секезда моя родина.
По лицу Вероники потекли слезы, она тихо плакала и обнимала Экбера. Конечно, он не отступит и будет сражаться как настоящий воин. За свою страну, планету наконец, где родился и вырос, где живут его родители и где встретил свою любовь.
- Прошу прощения, - прозвучал голос, который Вероника уже где-то слышала. – Кто здесь старший?