Одно копьё поднимает мораль племени, два даруют надежду. Три — изобилие еды. Пять—желание покорить соседнее племя. Молодняк перестал дохнуть из-за голода. Нас стало слишком много для одного камня, да и сыны Владыки всё чаще бросали недовольные взгляды на своего отца. Исхода было три: борьба за власть, раскол и исход, или же...
Соседи были рыжими, как огонь, о котором ещё тогда мы не знали, и вооружённые палками и костями. Против копий, заострённых камней и в меньшинстве они были обречены. Так, наше племя разделилось, но увеличилось за счёт захваченных женщин и маленьких детей. Я остался с Владыкой и его младшим сыном, собирал, как прежде, кварц и обсидиан, делал топоры и копья, ножи и сумки. Но больше всего меня интересовал торг. Ммм... Азарт, как от охоты, удовольствия больше, чем от секса и еды. За товар, что мы производили, мы получали женщин, детей в услужение, лучшие куски. С тем первым копьём я обрёл истинное бессмертие.
Не смотри на меня так, Владлен. Первый раз я умер, когда наше племя встретилось с метателями дротиков. Короткие копья, чьё преимущество было в дистанции нанесения увечий. Я помню, как в меня влетела обожжённая и остро заточенная палка, пробив лёгкое. А умирая, жалел лишь о том, что никогда больше не смогу обмениваться и получать прибыль.
Очнулся уже в теле своего младшего сына, рождённого рыжеволосой рабыней. В полном разуме и с памятью предыдущей жизни. Только уже в племени метателей и на правах раба. История повторилась, как только я принёс первый дротик с каменным наконечником. А ещё изобрёл плечо, чтобы метать дальше и сильнее.
Затем были косматые великаны в медвежьих шкурах. Им пришлись по вкусу шипы на дубины и верёвки для пленников. После — обладателей примитивных луков. Колчаны, рыбий клей и оперение.
Я осознал и принял своё бессмертие и жажду наживы. С каждой новой прожитой жизнью я становился всё искуснее и ловчее. И ничто так меня не грело, как полученная прибыль или чужие долги.
Менялись материки, страны, времена и эпохи, а я стал торговцем. Сначала крепкой валютой были женщины и дети, рабы, позже скот, затем бронза. Серебро. Золото. Камни.
Я избегал власти и религии, мне был интересен сам процесс, поиск товара, покупателя и... выгода. Пока не стал продавать в храмах, зарабатывать на строительстве пирамид и торговлю святой землёй. Два луидора за унцию. Я менял излишки на редкости, редкости на эксклюзив, эксклюзив на большие излишки в другом месте, постоянно увеличивая обороты и размах. Месопотамия, Египет,Индия, Аравия, Мидия, Персия, Армения, Передняя Азия, Китай... Специи, медь, ковры, шёлк, оружие и ковка. Всегда был щедрым с изобретателями, рассматривая их в качестве инвестиций. Спонсор войны, меценат и делец. Манипулятор, интриган и аферист.
Я умирал, чтобы возродиться с новыми идеями в порченных проклятьем моей крови детях. А потом вдруг захотел продавать всё. Всё! И всех! Потому что мог! Я грабил нищих, кидал изумруды к ногам царей, а потом покупал уже их с богоизбранными потрохами, слугами и армией. Чтобы выгодно продать новый актив, разменять или использовать для увеличения прибыли. Не веришь? Король Дании Вольдемар отдал за долги Эстонию. Екатерина Аляску. Швед продал население двух деревень, чтобы нанять наёмников и бесславно проиграть в битве за престол. Вечный Рим! Разделяй и властвуй! Мои слова. Обсидиановые копья заменили пилумы. Вязанки из хвороста-щиты. Шкуры—кожаные доспехи. Я менял кровь легионов на шкуры и зерно, рабов и золото. Однажды купил Клеопатру у её же охраны и продал в мешке из-под пшеницы Цезарю, заработав в сотню раз больше, чем вложил. Египет. Построенные мною пирамиды позже разграбил, а мумии отправил в Старый Свет, в качестве диковинки. Большой интерес. Пересылка была долгой, и мы сделали фабрику по созданию мумифицированных останков уже в Бессарабии, высушивая на огне тела крестьян и преступников. Лёгкие деньги. Утопили Европу в мумиях, затем продавали их в аптеках, перетирали в снадобья тела и даже изготавливали коричневую краску. Ажиотаж пропал, нереализованным товаром топили тепловозы.
Рабов из Африки менял на сахар и кофе, чтобы выгодно продать в Европе. У Пуштунов в Афганистане брал опиум и менял на фарфор, шёлк и бумагу в Китае, погрузив страну дракона в наркотический угар. Так называемые опиумные войны. Чай перевозил в Англию, создав империю. Я обтянул весь чёртов мир своими караванами, морскими путями, соглашения и долговыми расписками. Много денег и ресурсов заработал на пороках. Ещё больше на благодетелях. Не морщись. Схема простая. Строим храм, костёл, мечеть или синагогу. Фанатики собирают пожертвования и несут нам, на эти деньги мы строим объект по своим ценам, закупая у себя же, чтобы продавать в них товары, широкий комплекс услуг, веру. Особо ничего не изменилось. Маленькому мальчику нужны деньги на операцию. Два миллиона долларов. Или четыре, вопрос в медиаохватах и вложенных в раскрутку проекта деньгах. Певцы поют, якобы бесплатно, на фуршетах дорогое шампанское, софиты, гримёры, звук, операторы. Или ты думаешь, все они работают бесплатно? Слепец.