Почему-то эти слова меня немного успокоили и мы пошли смотреть кино. Я не могла вникнуть в суть, просто смотрела на сменяющиеся картинки. Даже название фильма назвать бы не смогла. В 2:30 зазвонил телефон. Я даже вздрогнула и долго смотрела на вибрирующую трубку. Ночные звонки ассоциируются с чем-то плохим. В итоге ответил Андрей. Он вышел из комнаты, видя мое состояние.
- Что? – уставилась я на мужа, когда тот вернулся.
- Пашка звонил. Все хорошо, - улыбнулся он. – Он свой телефон разбил. Выехали они только вечером, сейчас остановились на ночлег.
- Правда? – не поверила я.
- Правда. Приедет завтра ночью. Досмотрим кино?
- Давай сначала?
Андрей улыбнулся, прижал меня к себе и включил фильм с самого начала.
Пашка вернулся и это был настоящий праздник. Правду говорят – хочешь сделать человека счастливым – отними у него все, а потом верни все как было. Конечно, я волновалась о Пашке и когда он был рядом, но это не идет ни в какое сравнение с моим волнением сейчас, когда он рисковал своей жизнью. На секунду я представила, чтобы было, если бы он пошел воевать. Хотя тут тоже в зависимости от ситуации – если бы он ушел добровольно сам – я бы с ума сошла, а если бы призвали всех и его, а он бы решил прятаться – то тоже не поняла бы. О, Боже, какая каша у меня в голове. Дети рядом – это главное счастье. Это все, что сейчас важно.
Пашка оставил вещи, принял душ и ушёл к Алёне. Сказал, что соскучился по детям. И хоть я очень соскучилась по сыну, его порыв очень понравился. Может он все переосмыслил и теперь все будет хорошо? Хотя теперь есть Даня, к нему мы уже тоже привыкли. Вот опять какие-то дурацкие мысли вместо подготовки праздничного ужина.
За столом собралась наша семья – Крис с Гошей, мы с Андреем, Юлька с Костей и Пашка. Я почувствовала такое умиротворение. Я такого давно не ощущала. Все шутили, радовались – все как обычно на семейных вечерах, только Пашка был молчалив. Улыбался, кивал, но его обычных шуток не было. И вот уже за чаем он решил поделится.
- Вы даже не представляете, что там и как все устроено. То, что мы видим по интернету и телевизору – это вообще ни о чем. Город находится за 30 километров от зоны столкновения, линии фронта. Я даже не знаю, как это передать. Обычный город – дети, животные, беременные женщины, молодые пары – всё как всегда, все ходят, гуляют, но в тоже время постоянно слышны взрывы, выстрелы, бывают прилеты. Но если отъехать в ближайшие села и деревни, то жизнь в городе покажется раем. Там люди живут без света и воды. Иногда они по нескольку дней не могут выйти за водой, когда идут обстрелы. Дорога разбита. Поговорил с парнишками – они больше не ходят в школу, потому что школьный автобус подорвался, а другого нет… Это не пересказать, да и, наверное, не нужно. Боль, страх, ужас – это теперь жизнь для многих. Я побыл там всего ничего, а люди терпят это годами и неизвестно сколько еще будет длиться.
Мы молчали. Сказать было нечего.
Так прошел месяц. Пашка прошел ускоренный курс первой медицинской помощи и уехал. Приехал, обучился на других курсах и уехал снова. И знаете, первый раз был самым страшным, а потом уже как-то привычно. Мы все вошли в русло и как будто так и надо. Конечно, я также волновалась и молилась, но не истерила, как в первый раз. Обычная работа, правда без зарплаты. Но ведь личное удовлетворение куда лучше. Пашка занимался своим делом. Ему это давалось тяжело – видеть боль, смерть и страх не легко, но знать, что ты можешь помочь и не помогать – еще сложнее.
Я старалась держаться изо всех сил, сохранить в себе спокойствие и уверенность, то, что вернула мне операция, но спать стала хуже. Масло в огонь подлила Юлька. То, что что-то с ней не так стало ясно давно, но почему-то мы отмахивались и не били тревогу. Да, наверно, и не забили бы, если бы не Костя.
А чуть не случилась с Юлькой одна очень модная болезнь. И если бы не ее брат, то случилась бы. И название ей – анорексия. В классе от нее пострадали 4 девочки, одна находится в больнице в тяжелом состоянии. Девчонкам хотелось быть худыми и красивыми. Но вместо того, чтоб заняться спортом и придерживаться правильного питания, они просто отказались от еды. Дома они делали вид, что все как обычно – как бы ели, а на самом деле либо выкидывали еду, либо отдавали животным, либо блевали в туалете. Юлька отказалась от еды не полностью – мы вместе завтракали и старались все вместе ужинать – совсем не есть она не могла – мы бы заметили. Гастрит, конечно, она себе заработала. А еще заработала абонемент в фитнес зал. Костя любезно согласился ходить с ней за компанию.