— Смогла победить отчет? — открывая дверь, вежливо интересуется Александр.
— Да, разгромила в пух и прах, — гордо произношу и вызываю на губах Форда ласковую улыбку.
Туплю взгляд вниз, чтобы не показывать своего смущения. Разглаживаю пальто, дожидаясь, когда Алекс сядет рядом. Он привычно включает музыку, разносят по салону приятную мелодию. Я вновь и вновь погружаюсь в атмосферу легкости, забыв об обязательствах и данных обещаниях.
С Александром опять хорошо. Так, что я бы не выходила из машины никогда. Пусть только он будет рядом, смотрит на светофорах и глупо шутит. Пусть спрашивает и интересуется. Пусть рассказывает о себе, лишь бы дорога до дома состояла из сплошных пробок, заглушая возникающие в голове догадки от испытанных к Форду чувств.
Необходимо признаться себе в… в чем?
Вздрагиваю от собственных предположений. Боязливо отворачиваюсь к окну и резко замолкаю. Не могла я так просто взять и допустить мысли о какой-то влюбленности. Это усталость кричит во мне, требуя сна после трудного рабочего дня. Происходящее просто накопилось на душе и высвобождается глупыми раздумьями нездорового мышления. Нужно отдохнуть, и все пройдет.
— Не хочешь поужинать?
Вопрос замирает в пропахшем вкусным мужским одеколоном воздухе. Часто и глупо моргаю, не решаясь посмотреть на Алекса.
— В плане вместе? — прокашливаюсь, перебивая громкое «хочу!» внутреннего голоса.
— А как иначе? — нежно переспрашивает, что по коже пробегают мурашки. — Здесь недалеко есть хороший итальянский ресторан. Мы могли бы заехать.
— Боюсь, я не одета для похода в ресторан, — неловко улыбаюсь и намекаю на обычные свитер и широкие джинсы.
— Плевать, — ухмыляется, потому что сам сидит в толстовке. Кидает выжидающий взгляд, а сам сворачивает на нужном повороте. — Согласна?
— Только потому, что я хочу есть, — пожимаю плечами, будто в голове нет никакого дурного визга. — И ты платишь.
Александр смеется. Бархатный бас дотрагивается до слуха, и я смущенно прикусываю щеку, чтобы не заулыбаться.
— По-другому и быть не может.
Его ответ любовно греет. Я опять забываю обо всех данных себе запретах. Уговариваю, что ужин вместе будет прощальным. Как бывает секс у некоторых. Здесь то же самое, только менее приятно. Возможно, и правда дело в нашем быстром и резком расставании. Наверное, если бы мы переспали напоследок, я бы сейчас не сидела за столиком у панорамного окна и не рассматривала вечерний Лондон.
Merda*(с итал.: дерьмо), ну и бред же я несу.
Вместо того, чтобы признать свою слабость к Александру, придумываю миллион оправданий. Лишь бы не казаться себе грязной, мерзкой предательницей. Но ведь просто дружеский ужин ничего не значит.
Не значит же?
— Сегодня ты очень задумчивая. Что-то беспокоит?
Решаюсь посмотреть на сидящего напротив Алекса. Неопределенно веду плечами, вилкой наматывая пасту.
— Ничего особенного, обычный трудный день, — кокетливо улыбаюсь и делаю глоток воды.
Отчего-то начинаю нервничать. Непривычно вот так находиться с Алексом рядом. Делить с ним ужин и думать только о нем. На подкорках сознания мечтать, чтобы так было всегда.
Почему, черт возьми, эти мечты не с Клейтоном?
— Поэтому ты продолжаешь мучать пасту? Поешь и все пройдет. Если не пройдет, то хотя бы появится энергия.
— Обычно после еды мне хочется спать, — хмыкаю, прислушиваясь к чужому смешку.
— Если вдруг уснешь, я все равно верну тебя домой.
— Хотела бы я на это посмотреть, — подмигиваю и пробую пасту. Сливочный вкус остается на самом кончике языка, а привкус трав возвращает в Бари, прямиком к самому побережью. В нескрываемом удовольствии прикрываю глаза, чем вызываю новую волну разговоров.
Вечер проходит в уютной атмосфере и тепле. Александр в очередной раз проявляет себя, как отличный собеседник и друг. Даже грустно становится, что раньше в этот перечень входило звание любовника. Жаль, время меняется. Я меняюсь и восприятия мира тоже.
Вот только сейчас хочется, чтобы мир состоял только из меня и Александра. Тело требует его прикосновений, губы — поцелуев. Влечение становится сильнее с каждой проведенной вместе минутой, очерняя и без того испорченную душу. Мораль словно исчезает из моего мира, и я с кокетством принимаю флирт.
Алекс вскружил голову. Выкинул из нее все тяжелые мысли и позволил отдохнуть. С ним легко и свободно, даже разговоры о будущем не кажутся бессмысленными. Хочется делиться своими планами, узнавать о чужих и думать, что ты можешь оказаться их частью.