— Мне сейчас станет дурно! — Миссис Грант обмахивает лицо ладонями. — Разве я похожа на бабушку?! Я! На бабушку? Уму непостижимо.
— Не то, чтобы похожи… — взглядом пробегаюсь по ухоженному лицу Миранды, но сказать ничего не успеваю.
— Кьяра, лучше молчи, — Форд утыкается носом мне в висок.
Шепот эхом звучит в голове, и я крепче сжимаю в ладонях приборы. Где-то отголосками слышу пульсацию сердца, вопросы Миранды и мерзкий возглас Герцога. Только близость Александра будоражит и позволяет расслабиться. Ведь он сейчас здесь, со мной и все разговоры за столом закончатся тем, что ненастоящий жених останется на моей стороне.
— Мама, у нас есть Герцог, — Алекс смотрит прямо в глаза. Гипнотизирует и вводит в транс. Готова вечно сидеть вот так. Близко. Тесно. Рядом. — И нам пока хорошо втроем.
Миранда что-то говорит, а мне не слышно. Словно оказавшись в вакууме из собственных фантазий и мечт, я упускаю нить диалога. Лишь когда промаргиваюсь и скидываю с себя неконтролируемую волну влюбленности, пытаюсь невзначай вклиниться в обсуждение лондонских пробок.
Не замечаю, как за семейной беседой проходит время. Несколько раз Миранда и Патрик возвращаются к обсуждению свадьбы, а я… я уже даже не подыгрываю. Озвучиваю то, что однажды снилось: Александр, арка из белых бутонов и больше никого. Маленькая девочка во мне просыпается с каждым днем, который наполнен чувствами. А находящийся рядом Форд только и делает, что взывает к эмоциям. Хочется наплевать на выстроенную годами стойкость, скинуть серьезность с плеч и просто расслабиться.
Убрав вместе с Алексом все после ужина и приняв горячий душ — без Форда, к сожалению, — я падаю на кровать и вычеркиваю первый день совместного проживания с родителями и мерзким котом, который оказывается любит всех, но не меня.
— Мне кажется, твоя мама что-то задумала, — поворачиваюсь на бок и подпираю голову ладонью. — С чего бы ей быть такой доброй.
— Не переживай. Она просто осознала свою ошибку, — спокойно произносит, и я подозрительно прищуриваюсь. — И с ней была проведена беседа.
— Вот как? — довольно улыбаюсь и ложусь на спину. Злорадство закипает внутри и отгоняет усталость. — Может, что-нибудь посмотрим перед сном?
— Давай. Только пойдем в зал, там проектор.
— Проектор? — подскакиваю в удивлении, и Алекс по-доброму смеется. — Ты сейчас исполнишь мою детскую мечту.
— И как эта мечта звучала?
— Посмотреть мультфильм «Леди и бродяга» ночью на большом экране, — не без стеснения говорю. Полюбившийся с детства мультфильм оставил чудесные воспоминания и подарил веру в лучшее.
Александр поднимается на ноги и протягивает ладонь. Не смею отказывать, сразу же оказавшись чертовски близко к чужому боку. Ничего не говорю, когда ладонь ложится на талию.
— Это поднимет тебе настроение?
Часто киваю. Стираю с лица серьезность, выкидываю все надетые на него маски. Пусть Александр смотрит на меня настоящую; пусть принимает такой, какая есть; пусть привыкает и влюбляется.
— Как на итальянском будет: «сегодня я сделаю для тебя все»?
— Только сегодня? — умело увиливаю, находя такую формулировку до одури прекрасной.
— Эту фразу можно повторять каждый день.
Задыхаюсь. Прямо сейчас теряю сознание и прощаюсь с жизнью.
Мне же не послышалось?
Откровенный флирт заводит в тупик. Он путает и смущает, потому что не получается понять чужих намерений. Но мозгу сейчас сердце не победить. Громкие удары заглушают здравые мысли.
— Исполнишь мою мечту, и скажу, — подмигиваю. Хватаю с кровати плед, едва не скидывая с него затерявшуюся в ворохе ткани шерстяную шапку.
Герцог протяжно и громко мяукает, прежде чем свернуться клубком на подушке Форда. Надеюсь, пока нас не будет, он не решит нагадить на мою часть кровати. Иначе придется спать либо на полу, либо на Александре. И второй вариант звучит подходяще.
Взбив декоративные подушки на разложенном диване, накрываю голые ноги пледом. Форд ложится рядом и тоже имеет наглость залезть под и без того маленькое одеяло. Он не включает свет в зале. Сидя в полумраке и дожидаясь, когда разогреется проектор, завязываем шуточный разговор.
— Хочешь сказать, что в твоем детстве таких мультфильмов не было? — щурюсь и складываю руки на груди.
— Меня мало интересовали сюжеты про собак.
— Посмотрите на него! Значит, смотрел про котов-аристократов?
— Может и так, — фыркает, и я улыбаюсь. — Я старше, значит опытнее в подборке подходящих фильмов на вечер.
— То, что в годе твоего рождения есть цифра девятнадцать не делает тебя круче, — пихаю Форда локтем, потому что после своего мультфильма хочу выбрать еще один. — Я бы наоборот начала бояться приближающихся тридцати.