Он выбрал не меня.
Глава 26. Обретая свободу, попали в капкан
Твою мать. Твою мать. Твою мать.
На ходу стягиваю давящий на шею шарф и влетаю в пустой лифт. До начала рабочего дня осталось пять минут, если не успею — Миллер меня утопит в луже грязи. Как раз в такую я умудрилась наступить у входа в здание. Носок сапог теперь покрыт коричневой коркой, вызывая самое настоящее отвращение.
День испорчен.
Хотя он стал таким еще вчера, когда Александр не пришел ко мне. Оставил без надежды и веры в любовь. Он, сам того не зная, под уговоры уничтожил меня. Разбитое сердце оказалось тяжелым грузом, собрать себя после такого практически невозможно. Особенно давит головная боль, что сосредоточилась в висках после ночной истерики. Я даже не помню, как уснула, свернувшись калачиком в уличной одежде. Слезы и горечь от произошедшего душили и не давали собраться с мыслями. Все скопившееся вылезло наружу, а страх навсегда остаться одной с не взаимными чувствами навис сверху и окончательно забрал веру в лучшее.
Проснуться было трудно: глаза не открывались, лицо опухло, а тело сковала жуткая ноющая боль от неподходящей для сна позы. Из-за всех упавших на плечи факторов я опоздала на нужный автобус, на котором можно было в комфортном темпе добраться на работу. Теперь приходится бежать по коридору и делать вид, что ничего не случилось; что мне не хочется забиться в угол и тихо плакать, пока силы не покинут, а слезы не закончатся.
Любое упоминание Александра, мысли о нем или просто блеклое воспоминание — и я теряю контроль над эмоциями. Не этого я хотела, когда отправляла его признаваться в любви, не об этом мечтала и не на это надеялась. Остаться вот так без всего — отвратительно. Еще хуже понимать, что я сама все испортила.
Идиотка.
Какая же идиотка.
— Привет, — запыхавшись падаю за рабочее место, пряча пальто за спиной. Потом повешу в раздевалку.
— Привет, — Фиби хмурится, пока я стараюсь держать лицо. –Что-то случилось? — она передает мне пакет с завтраком, о котором я просила, и двигается ближе.
Поворачиваюсь и долго всматриваюсь Браун в лицо. Поджимаю губы, когда заданный вопрос царапает сердце и глаза начинают печь. Понимаю, что даже по моему внешнему виду понятно, что «что-то случилось». Почти полное отсутствие на лице косметики — плотный слой консилера спешно нанесла в лифте, — не до конца высохшие волосы, потому что времени уложиться особо не было, и обычная толстовка, вместо красивой блузы.
— Я облажалась, — опускаю взгляд на грязные сапоги. Даже они испорчены. — Очень сильно облажалась.
— Разве ты не была у Александра вчера? Как и всю неделю до этого.
— Была и в какой-то момент поверила в себя, — снова смотрю на подругу. — Фиб, он влюблен не в меня.
Фиби удивленно ахает и чуть подскакивает на месте. Радует, что в глазах напротив не появляется жалость. Лишь грусть и толика ненависти, которая явно направлена не на меня.
— Сейчас я сделаю утренний отчет, и мы пойдем на кухню, где все обсудим. Пока поешь.
Заторможенно киваю. Откровенно, разговаривать об Александре не хочется, но поддержка от Фиби нужна. Вдруг у нее будут аргументы, которые позволят пережить болезненное расставание со своей недавно обретенной мечтой?
Утыкаюсь носом в плошку с приготовленной Фиби яичницей с колбасками и не могу поверить, что в жизни есть настолько близкий человек. Время за завтраком проходит быстро, как и время за рассказом о вчерашнем дне. Обхватив чашку руками, я кусаю губы, потому что в горле опять появляется ком. Слабость и невозможность контролировать свои эмоции уничтожает изнутри. Вернуть старую себя не получается. Она давно промялась под натиском чувств и влечения к Александру.
Влюбленность стала моей ошибкой. Или, быть может, карма за все плохое наконец-то настигла?
— Предлагаю не паниковать раньше времени. Вдруг он не признался?
— Я не знаю, Фиби, — прикрываю глаза и надавливаю на уголки глаз. Они до сих пор поднывают. — Мой план был в том, чтобы сегодня я счастливая приехала на работу вместе с Александром и держала его за руку. А не бегала по дому и пыталась собрать себя по кускам и не опоздала из-за пропущенных будильников.
— Может, стоит с ним поговорить?
Резко машу головой.
— Не пойду к нему. Это унизительно. И… я не хочу узнать, что он теперь с другой.
— Не закапывай себя раньше времени. Все может быть иначе.
— Наверное, — опускаю плечи и откидываюсь на спинку мягкого стула. В горле до сих пор першит и я не знаю, как скоро перестанет. — Не надо было вообще начинать с ним встречаться. Сама виновата.