Просто, еще не время превращать влюбленность в любовь.
— Где твоя помада? — щурится Фиб и поправляет длинную фату. Она нарушает поток мыслей, сразу возвращая в реальность, где сегодняшний день принадлежит только ей. — Ты должна была отдать Алексу сумку, а не весь свой макияж.
— Как и ты Эшу, — довольно улыбаюсь и закрываю дверь в комнату невесты.
Фиби ахает и тут же всматривается в зеркало: контур красной помады оказывается смазанным, что вызывает беспокойство у Браун. Она сама поправляет свой привычный макияж, а я падаю на кровать и не могу поверить, что моя подруга сегодня невеста. В кокетливом коротком платье белого цвета она выглядит сногсшибательно. В черных глазах горит неподдельная радость, улыбка не сходит с лица, и я едва сдерживаю слезы, потому что счастлива явно больше Фиби.
— Теперь хорошо?
Приподнимаюсь на локтях и киваю. Рядом падает помада, которой губы красили мне.
— Значит, Хилл уже заглядывал? — лениво поднимаюсь на ноги, бедром по-дружески отталкивая Фиби от зеркала. — Не боишься нарушать традиции? Видеть невесту до свадьбы и все дела.
— Он видел меня без платья, — игриво подмигивает. — Поэтому не считается. Зато я видела Эша в костюме. Черт, я все еще не верю, что у меня такой сексуальный жених.
— Но веришь, что ты невеста?
Фиби отмахивается, словно это правда ничего не значит.
— Невестой стать легко, а вот найти достойного мужа — нужно постараться, — говорит и на секунду замирает. В глазах в зеркале вижу страх и откладываю помаду. — А если он скажет «нет»?
Dannazione*(с итал.: черт возьми), такого я не ожидала.
— Если он так скажет, то окажется полным идиотом, — подхожу к Фиби и обнимаю за голые плечи. — Да и Эш не поступит так. Он тебя любит. По-настоящему и крепко. Ты ведь чувствуешь это?
— Да, всем сердцем.
— Вот видишь, — улыбаюсь. — И он это чувствует. Не то, что Маркус. Он даже не подошел ко мне, — задорно смеюсь и слышу звонкий смех подруги.
Маркус пришел на свадьбу со своей подругой из школы, с которой, как сказала Фиби по секрету, он первый раз поцеловался. И судя по букету в ее руках — готов на ней жениться сразу после Браун.
— Слишком долго выбирала, Риччи, — в шутку поддевает и щипает за бок.
— И в итоге выбрала настоящего старика! Алексу скоро тридцать, Фиб!
— Главное, ему об этом не говори, — складывает руки на груди, незаметно смотрит в окно. Сама заглядываю за тонкую тюль, заметив собравшихся во дворе гостей: красные и черные пятна, — выбранные для свадьбы цвета, — мельтешат по лужайке и занимают подписанные места. — Мужчины очень ранимые.
— Да. Никогда бы не подумала… — выдыхаю. Александр действительно оказался ранимым, романтичным и милым. Со мной он словно скинул маску дерзости и перестал притворяться. Он полностью раскрылся, и я не могу не раскрываться в ответ. Прикусываю щеку, когда все гости занимаю места и пересекаюсь с темным взглядом. — Ну, все. Мне пора, Фиби пока-что-Браун.
Замечаю, как у Фиби начинает дрожать нижняя губа. Рывком притягиваю подругу к себе и крепко обнимаю. Сама часто моргаю, потому что… потому что, черт возьми, Браун мне почти сестра, и ее свадьба важна.
— Скажи, что я не споткнусь, пока буду идти.
— Не споткнешься, — ласково улыбаюсь. — Мистер Браун будет тебя держать.
Фиби часто кивает, не сразу отпуская. От волнения сама едва не падаю, когда выхожу из комнаты и спускаюсь вниз. У стеклянных дверей, ведущих во двор, встречаю Эша и его брата — Арчи. Они о чем-то шепотом переговариваются и не сразу замечают меня. В голосе Хилла-младшего слышится страх и дрожь, которые быстро купируются басом старшего брата. Арчи сам по себе во много больше Эша, а темная борода только добавляет суровости. Даже я вздрагиваю, когда тот подбадривающе хлопает Эша по плечу.
Готова поспорить, — кость треснула.
— Твою мать, он же белый, — Эш дотрагивается до пиджака и отряхивает ткань. — Не распускай руки!
— А ты не ной!
— Может, вам вдвоем нужно успокоиться? — встреваю и привлекаю к себе внимание. Приходится задрать голову, чтобы посмотреть в лицо старшего брата Эша. Они до одури похожи, выдает только телосложение. — Нам пора выходить.