Это стало ошибкой. Я не заметил, как влип и начал безответно влюбляться. И лишь подслушанный разговор подарил надежду.
Найти ее рабочее место оказалось легко благодаря доступной схеме в рабочем кабинете. Конечно, пришлось несколько минут поплутать между рядами, чувствуя себя настоящим идиотом. Да и вообще, кто придумал настолько образные схемы, совершенно не подходящие под масштаб помещения?
Я не думал, что она придет. А если и придет, то точно сочтет за сумасшедшего и пошлет в задницу. Ожидание в пустой переговорной было похоже на пытку.
Но Кьяра пришла, выслушала и доверилась. Азарт в глазах стал призывом к действию, а ведь я совершенно не рассчитывал на что-то. Она сломала планы, срывая остатки самообладания и призывая к греху одним своим видом.
Кьяра была моим пороком, и я был готов повторять его из раза в раз, лишь бы ощущать рядом ее разгоряченное тело и слышать протяжные стоны. Кьяра оказалась лучше, чем я мог себе представить. На этот вечер Кьяра стала моей.
Глава 2. Искушение
Раньше я никогда не боялся начинать новую неделю. Наоборот, вливаться в рабочий процесс было легко и никакие оставшиеся с прошлых дней проблемы уже не казались наказанием и призывом срочно уволиться. Все проходило легко, но не сегодня.
Еще с выходных сердце колотится быстрее обычного, ладони потеют, а в горле пересыхает чаще. В мыслях путаются картинки, выдуманные сюжеты и эхо чужого сладкого голоса. Кьяра пробралась под кожу. Осознание, что мы сегодня встретимся на условиях наших договоренностей — кружит голову.
Сигареты в пачке стремительно заканчиваются.
Стоя у входа в бизнес-центр, выпускаю последнюю порцию густого дыма и выкидываю бычок в урну.
Выглядывающее из-за облаков солнце приятно дотрагивается до лица и слепит. Скрываюсь за стеклянными дверьми, резко выдыхаю. Ожидание волнением чувствуется в груди, вынуждая тело повышать температуру.
Зайдя в лифт, чтобы быстрее добраться до рабочего места и занять голову текущими делами, решаю, что напишу Кьяре ближе к обеду. Узнаю, не передумала ли она встретиться и что хотела бы от меня получить. Ведь договор мы подписали лишь на условиях взаимного удовольствия.
Но планы меняются, когда Риччи возникает перед глазами и своим безразличием царапает. Не предлагает выбрать отель, отвергая сформировавшиеся в мыслях желанные картинки. Я думал, Кьяра проявит больше заинтересованности и позволит приблизиться раньше, чем вечером в отеле.
Не принимаю случившееся за неудачу, по крайней мере, она не передумала. Встреча будет, и придется постараться, чтобы она не оказалась последней.
Отвлекаюсь на взбалмошную практикантку с чертовыми чертежами, упустив компанию Риччи. Кьяра исчезает за какое-то секундное мгновение, но не покидает мысли вплоть до самого вечера.
Нахожусь в приятном волнении и в который раз бью себя по рукам, в попытке дотянуться до сигареты. В номере становится душно, не помогает холодный душ и попытки успокоить самого себя. В конце концов, я уже находился с Кьярой достаточно близко в переговорной. Значит и сейчас нет ничего страшного.
И волнение уходит. В одно мгновение превращается в яркое, пылающее в груди влечение и желание взять Риччи прямо здесь и сейчас. В ее светлом взгляде вновь мелькает дерзость, смешанная с вызовом и взятием на слабо.
Кьяра оказывается напористой, горячей и до боли в висках, теле и мышцах вожделенной. Доставить ей удовольствие стало первостепенной задачей, ведь тогда она не откажется от «сотрудничества», а я не потеряю ее.
Глава 3. Послевкусие
Раньше я думал, что рай находится где-то за пушистыми перламутровыми облаками, прямиком под чистым небом. И как же я был удивлен, попав в рай в свои двадцать семь. Он оказался на шестом этаже отеля в центре Лондона, среди горы подушек, скомканного в ногах одеяла и компании горячей блондинки, стоны которой обжигают слух. Разум плавится, в мыслях лишь чужое имя, что шепотом отпечатывается на губах и поцелуями ложится на мягкую кожу.
Кьяра в моих руках ощущается чертовски правильно. Словно так было всегда. Словно секс с ней – единственное реальное в моей жизни.
Я не сразу понял, как слабые объятия стали разгоряченными царапинами, а не до конца восстановившееся дыхание снова сбилось. Однако ничего против точне не имею. Обуздавшая все потребности страсть стала самым лучшим моментом в моей жизни.
И как же я был глуп, решив, что так будет всегда; что после поцелуев будет совместный ужин, сон, поездка на работу. С чего-то решил, будто Кьяра так легко поддастся сценарию в моей голове, поведет себя, как все.