Кусая губы и присаживаясь на край кровати, достаточно долго жду ответ. Сердце в это время колотится о ребра, пробуждая самолюбие и вынуждая думать о себе в лучшем свете. Минуты в углу на экране кокетливо меняются, а я довольный продолжаю ждать. В голове не возникают мысли, что она просто проигнорирует. Потому что нельзя игнорировать и быть в сети.
Кьяра: Лондон прекрасен, Александр.
Не могу сдержать ехидства.
Я: Так прекрасен, что завлек тебя на целых пять минут?
Я догадывался, что ее ответ будет дерзким. Но чтобы тоже прислала фото. Губы сами приоткрылись, выпуская изо рта рваный вздох. Всего лишь обнаженная кожа ключиц и скрытая под тонким слоем пены грудь, и я уже готов потерять сознание.
Она меня сломала, и мне нравится таким быть. Хотя боль от наших «отношений» иногда надавливает на затылок, но не в моменты, когда Кьяра рядом.
Решаюсь бросить затею с сообщениями. Желаю стать ближе и услышать голос, от которого вечно перехватывает дыхание.
Разговариваю с Кьярой, а свободной рукой через полотенце дотрагиваюсь до напряженного члена. Стараюсь держать голос, пока ее с каждым словом становится мягче, нежнее, раскрепощеннее. Она манит к себе и возбуждает на расстоянии.
Интересно, она правда не догадывается о своей сексуальности или просто делает вид?
Посчитав, что больше я не выдержу, легко оставляю разгоряченную Кьяру без возможного секса по телефону. Слабая обида взяла надо мной верх, пока в паху не начало тянуть. Стиснув зубы и закрыв глаза, развязываю слабый узел на полотенце. Цветная картинка тут же появляется в голове, сладкий голос и выученные стоны звучат в ушах, а ладонь сама тянется к члену.
Этот вечер я провел как пубертатный мальчишка и почему-то мне ни капли не стыдно.
Глава 7. Нет двух без трех
Сдержанность часто была плюсом моего характера и воспитания. Я редко позволял себе грубо высказывать мнение или вступать в конфликты. Все старался решать разговорами, требуя от второй стороны внимания к моему мнению. Однако сегодня не выдержал, получив новый отказ.
– Я ценю наш договор, – мягко протягивает Кьяра и немного отводит взгляд в сторону. – Но на этой неделе точно нет.
Вздыхаю, продолжая смотреть на аккуратный профиль Риччи. Уговаривать и вдаваться в подробности не хочется, потому что постепенно приходит осознание причины ее отказа. Я бы мог предложить ей просто провести время вместе, без секса и за пределами договоренности. Но тогда есть вероятность снова спугнуть своим напором.
Продолжаю держать в мыслях установку: она со мной ради удовольствия. Я с ней ради попытки понравиться.
Даже лазейка с приглашением на корпоратив не спасает ситуацию. Да и стоило догадаться, что планы Риччи давно построены и крутятся явно не вокруг меня. Скопившиеся неудачи расстраивают и тяжестью оседают на плечах. Когда я только решался на шаг с первой запиской, я и представить не мог, что все окажется настолько тяжело.
Снятый для корпоратива клуб особо не запомнился: пелена застелила глаза, стоило увидеть Кьяру с тем самым пареньком из бухгалтерии. Почему-то я был уверен, что сказанное ее подругой было ложью…
Вечер тянулся чертовски долго, виски жгло горло, а чувство ничтожности угнетало. Лишь компания подошедшей ко мне Кьяры развеяла грусть, вернув желание жить.
– Зачем ты так много выпил?
Картинка немного плывет, блеклыми пятнами ослепляя.
– Хочу отдохнуть, – довольно улыбаюсь и продолжаю вести себя неподобающе.
Забота Риччи греет душу. Хочется всегда так напиваться, лишь бы Кьяра была рядом, велась на выдуманные провокации и оказывалась в одной кровати. Пусть и в одежде.
Двигаюсь ближе. Чувствую чужое тело рядом, которое своей теплотой согревает. В голове мелькают обрывки сегодняшнего вечера, образы, что могли бы быть реальными, если бы я только сказал правду. Сейчас признаться так легко. Возможно, Кьяра даже не поймет серьезность сказанных слов, сочтет их пьяным бредом… и я так устал от всего.
– Я так устал притворяться, – не понимаю: говорю вслух или шепчет внутренний голос.
Надеюсь, это шумы в голове, иначе я действительно устал…
Глава 8. Последний глоток
Последнее, что хочется в похмелье – проснуться от громкого возгласа рядом. Даже красивое лицо Кьяры не исправило положение, и виски пронзила жгучая боль. Риччи что-то быстро проговаривает и пихает мобильник, заставая врасплох. Язык вовсе приклеивается к небу, когда голос папы звучит в динамике.