Все же мне нравится, когда люди действуют, а не молча наблюдают. Быть может, поэтому я согласилась на странные отношения с Александром? Заинтересовалась не только до одури диким предложением, но и самим Фордом, как человеком прямым и, кажется, упрямым. Возможно, даже немного безрассудным. Кто в здравом уме предлагает такое?
А кто на такое соглашается?
Внутренний голос эхом звучит в голове и отгоняет мои размышления на второй план. Однако я не ведусь на провокации собственного разума и вновь возвращаюсь к мыслям об Александре, его поведении и связи, что таится между нами.
Вот только каким бы интересным и с виду идеальным не казался Александр, для отношений он не подходит. Потому что нельзя быть уверенной в человеке, знакомство с которым обернулось обычным сексом без обязательств. Да и что может выйти из простой договоренности и простого желания получить взаимовыгоду? Ничего. А Клейтон — вопрос времени, которое мы сможем провести вместе.
— Увеличиваете штат сотрудников? — невзначай спрашиваю, чтобы разбавить робкую тишину, и Клейтон кивает. Поглядывает на паренька и интересуется, все ли у него хорошо.
— Что-то вроде того. Решили, что я слишком часто хожу на работу.
— Жалко у нас такое решение не принимают, — наигранно вздыхаю и улыбаюсь, когда Уайт смеется.
— Присоединяйся к нам. У нас хорошая зарплата, бесплатный кофе и всегда есть шоколадное печенье.
— Только ради печенья, — вздергиваю подбородок и теперь уже улыбаюсь новому бариста, который ставит кофе рядом со мной.
— Над рисунком я еще работаю, — неловко проговаривает и указывает на разводы на кофейной пене. — Я могу переделать или дать черную крышку вместо прозрачных, чтобы не было видно.
— Все в порядке. Мы все с чего-то начинаем и твои... — рассматриваю очертания возможных сердец на белом фоне и проглатываю слова, подбираю более подходящие: — Твои старания не будут напрасны. Вот увидишь!
— Это должны были быть снежинки.
— В конце мая, Джек? — прыскает Клейтон, и парень тяжело вздыхает.
— Все с чего-то начинают, — пожимает плечами, и я сама, не сдерживаясь, смеюсь.
Легкая атмосфера непринужденности плавно ложится на плечи. Минуты теряются в дружеской, наполненной кокетством беседе с Клейтоном, когда Джек отходит выполнить новый заказ, а я вовсе забываю, для чего сюда пришла. Слишком сильно Уайт привлек к себе внимание, заинтересовал и утянул в пучину разговора, оттягивая мое возвращение на рабочее место.
— Значит, надо отложить печенье? — пройдясь кончиком языка по нижней губе, интересуется Клейтон.
— Можно ореховую тарталетку с карамелью?
— Все, что тебе угодно, — он подмигивает, и я, махнув рукой и поглядывая на время, прощаюсь.
Приходится ускорить шаг. Устойчивые каблуки босоножек уверенно стучат по брусчатой дорожке, а после отбивают частый ритм по плитке в холле офисного здания. Минуя охрану и прикладывая упавший на дно сумки пропуск, наконец-то подхожу к лифтам. Стараюсь как можно аккуратнее держать стаканчики в специальной бумажной подставке, и сменяю пропуск на издающий жалобное пиканье мобильник.
Звук открытия дверей лифта теряется в моем тихом смехе и странном вскрике, который слышу в своих мыслях, когда пришедшее сообщение всплывает на экране.
Клейтон Уайт: Могу когда-нибудь украсть тебя на кофе со снежинками?
— Улыбаешься, а я тебе вроде не писал, — знакомый голос отвлекает от разглядывания плашки сообщения, и я вскидываю голову.
Натыкаюсь на пронзающий насквозь колючий голубой взгляд. Тело странно реагирует на очередную встречу в лифте: сердце екает в груди, сменяя свой ритм с привычного на быстрый, почти бешеный; ладони становятся влажными и странная дрожь пробегает по кончикам пальцев, перетекает на предплечья и теряется выше, в плечах, заставляя отвести их назад, будто бы разминая.
— Поэтому пишут другие, — убираю телефон подальше, оставляя вопрос без ответа, и встаю рядом с Фордом.
Стараюсь не делать глубокие вдохи, иначе запах уже ставшего привычным парфюма заполонит разум и точно его отключит. Такой оплошности я допустить не могу. Нужно научиться держать себя в руках и перестать показывать явное влечение, которое так и пульсирует по всему телу, гоняя кровь.
— Неужели соскучилась? — лукаво протягивает Александр, вынуждая посмотреть в его сторону.
— С чего бы? — приподнимаю подбородок. Пытаюсь придать себе непринужденный вид, пока перед глазами мигает яркая табличка: Да!
— Видел тебя сегодня, — проскальзывает ладонями в передние карманы свободных брюк. — Меня высматривала или у вас на этаже вода закончилась?