Такси приезжает достаточно быстро, а дороги на радость оказываются свободным. Однако я все равно успеваю заскучать, всматриваясь в заполненные людьми улицы Лондона. Странно, если бы в пятничный вечер они были пустыми. Теплая, почти что летняя погода манит. Так и просит провести время на свежем воздухе, наслаждаясь мнимой от дел свободой. Мне в какой-то степени нравится, когда на Лондон опускается жара. Сразу вспоминается проведенная, но брошенная в Бари жизнь.
Несколько лет назад я и подумать не могла, что окажусь в другой стране. Останусь одна с заполненными под завязку чемоданами, стопкой неинтересных учебников и разбитыми о скалы реальности мечтами. А ведь всю свою осознанную жизнь я наблюдала за волнами, которые налетают на скалы, и в итоге налетела на них сама. Разбилась. Сломалась. Потеряла ориентир. Но смогла найти нечто новое — Фиби.
Поэтому я просто не могу оставить ее одну в столь сложной ситуации. Она многое для меня сделала, и я обязана ответить ей тем же.
— Это мне? — сидящий на лестнице у входной двери в квартиру Эш подскакивает на ноги, когда я оказываюсь на последней ступеньке. — Только Фиби не любит пионы, — он тянет руки к моему букету, и я уворачиваюсь, шикнув.
— Я бы на твоем месте лишний раз со мной не разговаривал, — тычу в него пальцем. Всматриваясь в бледное лицо, ловлю безжизненный взгляд и не понимаю, во что играет Хилл. — Тебе придется долго искать себе оправдания.
— Я ничего не сделал! — он трет ладонями щеки. Резко разворачивается и проходит нервный круг по лестничной клетке, что-то бурча себе под нос. — Ты же знаешь, я так не поступлю, — останавливается передо мной. Пронзительно смотрит в глаза, вынудив ему поверить.
А я по-другому и не могу, потому что Эш правда на такое бы не пошел. Это глупо. Опрометчиво рушить то, что так долго и кропотливо строили.
— Пожалуйста, Кьяра, сделай что-нибудь.
— Что, Эш? — строго говорю. Нельзя так быстро принимать чью-то сторону, если это не сторона Фиби. — Ты облажался.
Он опускает плечи и запрокидывает голову назад. Пару раз глубоко вздыхает, прежде чем устало проговорить:
— Это должен был быть сюрприз. У нас скоро совместный отпуск, и я хотел сделать его особенным. Нанял турагента, чтобы узнать как можно больше, сделать как можно лучше. А Фиб, — Эш надавливает пальцами в уголки глаз. Мне становится его по-настоящему жаль. — Она просто заметила нас в кафе, а дома... За все три года наших отношений, я ни разу не видел ее такой злой. Она даже не выслушала. Просто выставила за дверь.
Хилл вновь разворачивается. Импульсивно одергивает низ толстовки и делает несколько новых кругов. Возможно, так он помогает себе справиться со стрессом. Не знаю, но смотреть на него тяжело.
— Как это, особенным? — перебиваю стук его тяжелых шагов.
Замерев на месте, лицом ко мне, Эш громко сглатывает. Боязливо косится в мою сторону, а я лишь, удобнее перехватив букет, складываю руки на груди и выгибаю бровь.
Он зажмуривается, прежде чем глубоко вздохнуть и спросить:
— Ты точно умеешь держать язык за зубами или Фиби все узнает?
— Per chi mi prendi?!*(с итал.: за кого ты меня принимаешь?) — повышаю голос и закатываю глаза от недоумения на лице Эша: — Конечно, умею.
— Эта информация достаточно ценная. И, возможно, мне придется тебя убить, если я посчитаю тебя ненадежной.
От заявления Эша фыркаю: наигранно и немного обиженно.
— Ты не в том положении, чтобы ставить условия, Хилл. Не забывай, я на стороне Фиби.
— Да не изменял я ей! — активно жестикулирует руками, пока я молча наблюдаю и жду оправдание. — Дерьмо. Какое дерьмо! Черт возьми, я хочу сделать ей предложение в наш отпуск. Почему все пошло через задницу?!
Широко распахиваю глаза. Информация медленно — очень медленно — обрабатывается в голове. Понимание приходит не сразу, а внутри все вспыхивает ярким огнем, будто предложение только что сделали мне. Я зажимаю рот рукой. Сдерживаю до одури глупый визг и не обращаю внимание на вновь утонувшего в переживаниях Хилла.
— Я люблю ее. И всегда любил. Неужели этого не видно? Как она могла подумать, что я способен на такое? Разве я мог...
— Ты сейчас серьезно? — перебиваю Эша и делаю шаг к нему. Встаю почти вплотную, всматриваюсь в светлые глаза. — Без шуток?
— Конечно, без шуток!
Прищуриваюсь. Скольжу взглядом по его лицу. Цепляюсь за каждую застывшую на нем эмоцию и действительно не понимаю, что могло заставить Фиби так подумать про Хилла. Он точно никогда не давал повода, да и доверия в их отношениях достаточно. Кажется, я ему верю, но выслушать Браун необходимо.