— Важный разговор, — встревает Форд. — Если есть возможность, то я бы попросил тебя оставить нас наедине.
— Кьяра?
Кручу головой, обращаясь то к Клейтону, то к Александру. Открываю и закрываю рот. Не понимая, куда так резко пропала моя уверенность. Почему на смену ей пришла растерянность, которая сковала тело и сжала грудную клетку, не позволяя сделать вздох. Хочется стать невидимой или отмотать время назад: не идти за чертовым тирамису, а лучше вовсе не появляться на свет. Потому что как сейчас выбраться из этого дерьма — я не понимаю.
— Клейтон, — мну губы. — Буквально несколько минут.
Мило улыбаюсь в надежде смягчить хмурый взгляд Уайта. Сильнее закапываю себя в яме неловкости и окончательно сдаюсь: пути назад нет — произошедшее уже не исправить.
Кивнув, Клейтон дарит мне ответную улыбку. Привычную, нежную, пробуждающую слабое жжение в сердце. Он отходит на приличное расстояние. Оставляет меня наедине с плохо скрывающим свое превосходство Александром и странными вопросами
Что если Форд действительно делает мне предложение стать его девушкой? Должна ли я согласиться? А если откажусь, то наш договор закончится?
Хмурюсь.
Довольно странно соглашаться на отношения с тем, кого толком не знаешь. Еще страннее: соглашаться на отношения, которых в целом не хочешь. Вернее… Я была бы не против отношений. Наверное, я почти до них созрела. Однако, как вступить в них с Александром? Да, он привлекательный, красивый и однозначно притягивает к себе. Возможно, он может быть моим типажом. Вот только нравится ли он мне? Испытываю ли я к нему чувства, что в будущем могут стать настоящей, всепоглощающей любовью? Могу ли представить с ним свою жизнь или все наше общение будет завязано на обычном сексе, просто с пометкой: «мы вместе»?
Раздраженно затыкаю внутренний голос, и с накатившейся злостью смотрю на Александра.
— И что ты устроил? — вздергиваю нос и складываю руки на груди, из-за чего сумка неудобно пережимает кожу.
— Просто задал вопрос, — спокойно отвечает.
— Mi stai prendendo in giro, vero?*(С итал.: ты издеваешься надо мной, да?)С каких пор мы такие вопросы задаем?
— А что, не согласилась бы? — дерзко ухмыляется и наклоняется вперед. Чувствую слабый запах ванили и чего-то острого, похожего на табак. — Неужели я так плох?
— Ты ворвался в мое личное пространство. Повел себя некрасиво и выставил меня в глупом свете. Должна ли я соглашаться после такого?
Форд сводит брови. С лица спадает ухмылка.
— Этот вопрос был срочным. У меня не было времени подумать, — склоняет голову набок, словно считывает мои эмоции. Стараюсь держаться уверенно и отстоять свою правоту. — Боишься за чувства своего ухажера?
— Сейчас ты ведешь себя неприятно, Александр, — поджимаю губы. Диалог совершенно не строится. Поведение Форда бесит, а ждущий меня Клейтон давит на совесть одним только видом. — Успокойся, а после приходи ко мне со своими предложениями.
Ставлю точку в диалоге и разворачиваюсь. Не желаю продолжать наше общение, потому что поступок Александра кажется импульсивным и легкомысленным. В конце концов, с чего он взял, что так нагло может влезть в чужой разговор? Даже, если этот разговор почти перетек в поцелуй.
— Постой! — Форд смыкает ладонь на моем запястье. Тянет назад, вновь обращая на себя внимание. — Пожалуйста.
Рвано вздыхаю, прежде чем обернуться.
— Так быстро подумал?
Алекс ведет подбородком, поправляет челку, и жаркое солнце касается моего лица. Щурюсь. Прячусь в тени Форда. Сдуваю со лба челку, когда теплый поток плотного ветра проносится между нами.
— Кьяра… Я не хотел мешать тебе и твоему…
— Другу, — заканчиваю за Форда. Ловлю сметенный и удивленный взгляд, который постепенно теряется за пеленой любопытства.
— Вот как. Мы с тобой тоже друзья? — цепляет клыком нижнюю губу, и я закатываю глаза.
— Нет, мы партнеры, Александр. Ни больше, ни меньше.
— Конечно, — кивает. — Ни больше, ни меньше.
Становится не по себе, когда напряжение падает на плечи Форда. Он выпрямляется в спине, собирается, словно прямо сейчас мы снова заключаем сделку. Не хватает добротного дубового стола с новеньким контрактом и напряженной атмосферы возможной ошибки.
— Я хочу предложить тебе стать моей девушкой. Не навсегда. Лишь на выходные.
Приоткрываю губы, не находя ответа. Стараюсь не подавать вида, когда внутри обрывается очередная, — хоть и не до конца принятая мной, — надежда на новый этап в жизни. Разве я могу допускать мысли, что Александр взял и влюбился в меня? Почувствовал ко мне симпатию, просто потому что по договоренности спал со мной больше двух месяцев?
Какая глупость.