— Очень приятно, — энтузиазмом сказала я, — Полина.
— И нам очень приятно, — за двоих весело ответил Филипп.
— Ну вот и хорошо! — жизнерадостно заключил гид. — Ребятам я уже сказал, что завтра у вас по плану обзорная экскурсия по острову с посещением озера Братан, кофейных плантаций, где производят знаменитый на весь мир и самый дорогой кофе Лювак, мастерской батика.
— Мы едем. Вы с нами? — спросил Филипп.
Да, видно парень без комплексов.
Я вежливо ему улыбнулась и, обращаясь к гиду, спросила:
— Мастерская батика? Как интересно, — а потом, улыбнувшись, пояснила: — Профессиональный интерес.
— А кто вы по профессии? — спросил Филипп.
Светлана, до этого, казалось, витавшая где-то, осуждающе взглянула на него.
— Я дизайнер по интерьеру, — сдержанно ответила я.
Гид снял очки и, улыбнувшись, с гордостью проговорил:
— Балийский батик имеет многовековую историю и стал знаменит на весь мир. ЮНЕСКО даже объявила его частью нематериального мирового культурного наследия. Но думаю вам всё расскажут на экскурсии, да и увидеть всё воочию будет намного интереснее.
Он опять водрузил на нос очки и сверился со своими заметками.
— Кроме этого на Бали есть множество экскурсий, на которые я бы посоветовал вам отправиться. Сафари-парк, рафтинг, вулканы, лес обезьян, лес рептилий, лес бабочек.
— В общем лес на любой вкус, — хохотнул Филипп.
— Хорошо, я подумаю, — ответила я, а про себя подумала: «Стандартный набор курортных развлечений, одним словом».
— Полина, возьмите тогда пожалуйста вот эти буклеты, — сказал мне гид и уже, обращаясь ко всем присутствующим, добавил: — Завтра в девять тридцать утра будьте, пожалуйста, в холле. Вас заберёт автобус. Прошу, не опаздывайте, так как нужно забирать туристов еще из нескольких отелей. Если время экскурсии сдвинется, вы можете пропустить обед.
— Ну что вы, это мы допустить никак не можем, — весело сказал Филипп и лучезарно улыбнулся.
Пообещав не опаздывать и забрав буклеты, я пошла переодеться в номер, с тем, чтобы сразу отправиться на пляж.
Но выскочив из холла на улицу, я тут же бросилась обратно. Там сплошной стеной шёл дождь! А я прибежала на встречу в тоненьком шёлковом комбинезончике и сандалиях на босу ногу, так как вовсю светило солнце! И сейчас всё на мне стало мокрое насквозь. Несмотря на жару, меня стал бить озноб. Я бы долго ещё стояла и рассуждала, как мне быть, но тут неожиданно надо мной раскрылся купол зонта и приятный мужской голос на самое ухо проговорил:
— Ох уж мне этот влажный сезон! Погода меняется по десять раз на дню.
Я конечно сразу же узнала этот голос. Это был Филипп.
Он стоял позади меня, так что я мокрой спиной чувствовала тепло, исходившее от его груди. От этого моё тело моментально покрылось миллионом мурашек.
Я резко повернулась. Он стоял и смотрел мне прямо в глаза. Я открыла, было, рот, чтобы деликатно поблагодарить и отказаться от зонта, но тут его взгляд переместился на мою грудь. Я проследила за его взглядом и опустила голову, но тут же покраснела, как помидор. Дело в том, что, спеша на встречу, я натянула комбинезон на голое тело, и вот теперь мокрый шёлк облепил меня, как вторая кожа, и было заметно, что моё тело отреагировало на Филиппа не только мурашками.
Когда я нерешительно подняла на него глаза, то увидела в его спокойном взгляде немой вопрос.
Я спешно скрестила руки на груди и прикрылась буклетами. Призвав на помощь всю свою невозмутимость, я спросила:
— Я так понимаю, это мне? — и кивком головы указала на зонт. — Благодарю за заботу.
И, выхватив у него раскрытый над нами зонт, развернулась и зашагала прочь.
Глава 3
«Дура, дура, дура! — в сердцах ругала я себя по дороге в номер. — Ну надо же было так опозориться! Нимфоманка фигова! Теперь он будет думать, что я его хочу и на всё готова!»
Я вихрем мчалась в свой номер, попутно сверяясь с указателями номеров, так как ещё плохо знала дорогу.
«А этот тоже хорош! Клеится ко мне на глазах у собственной жены! Ни стыда, ни совести! И она куда смотрит? Может у них, как это называется, «свободный брак»? Но меня на их свингер-пати уж точно не будет».
Я влетела в номер, стянула с себя мокрый комбинезон и бросилась в душ. Там я долго стояла, смывая с себя … Что я пыталась смыть? Его тепло на своей спине, дыхание на своей шее?
И только когда совсем успокоилась, я вышла из душа, закутавшись в пушистое махровое полотенце, и услышала звонок телефона.