Выбрать главу

Потом, будто устыдившись своей радости, она вновь приняла бесстрастный вид и, поднявшись с камня, печально произнесла:

— Да. Так редко встретишь совершенство в нашем несовершенном мире.

После этого она развернулась и пошла прочь. Я последовала за ней. Некоторое время мы шли молча.

— Я всегда прихожу сюда в это время дня после йоги. Тут неподалёку есть холистический центр, — она неопределённо махнула в сторону рукой и потом, усмехнувшись, добавила: — Хожу наращивать «хитиновый покров».

— Хитиновый покров?

— Вы, наверное, не понаслышке знаете, как уязвимы творческие люди. Можно ранить и словом, и даже взглядом.

Я молча кивнула. Кому ж, как не мне, это знать. Свою тонкую впечатлительную натуру мне приходится всячески оберегать: не смотреть жёсткие фильмы, ограждать себя от всякой излишней негативной информации, избегать токсичных людей. Но последнее, наверное, любому человеку не повредит.

— Приходится изобретать способы защиты, — вторя моим мыслям, продолжала Светлана. — Мне помогает йога. Моя психика покрывается своеобразным хитиновым покровом, который защищает её от внешнего мира.

Мы шли по тенистой дорожке вдоль океана. Неутомимые австралийские туристы, в любое время дня изнуряющие себя пробежкой, обежали нас и продолжили свой марафон вдоль океанского побережья.

— Но совсем отгораживаться от внешнего мира не стоит даже творческим людям, ведь именно там зачастую мы черпаем вдохновение, — проговорила я. — Да и психика должна вырабатывать собственные механизмы защиты.

Мы незаметно подошли к моему бунгало.

— Вот на йоге моя психика и учится защищаться, а иначе я просто сойду с ума.

Она посмотрела на меня. И столько было горечи в её прекрасных глазах, что мне стало искренне жаль её. Видимо, все эмоции отразились на моём лице. Она грустно улыбнулась и добавила:

— Кроме того, когда тебе сорок, своему телу уже нужно что-то «давать», а не только «брать», как до этого.

Я в изумлении посмотрела на неё.

«Вы шутите?» — чуть было не сказала я.

Она, словно прочитав мои мысли, добавила:

— Да, в октябре исполнилось.

Я рассмотрела её более пристрастно. Она была красива, но зрелой красотой. Теперь я это видела. Её щёки утратили юношескую округлость и приобрели чёткий контур. В уголках рта залегли горестные складочки, но «угол молодости» был на месте и мимических морщин почти не было.

— Ищите признаки старости? — проницательно улыбнулась Светлана.

— Ищу, — рассмеялась я, — но не нахожу. Я думала, мы ровесницы.

— Они уже есть, — она лукаво усмехнулась, — но я с ними отчаянно борюсь. Что ж, с этим я вас оставляю. До встречи!

И она пошла дальше по тропинке, а я в смешанных чувствах пошла к себе в номер.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

глава 9

Вечером того же дня я мирно дрейфовала в тёплых водах бассейна, облокотившись на его край и в задумчивости смотрела на океан. День угасал и талантливейший художник вновь окрасил небесный холст буйством красок, где была представлен сразу весь спектр цвета маджента. Пурпурный цвет у самого горизонта переходил в нежно-розовый, который дальше бледнел и постепенно сменялся голубым цветом. На этом фоне очень графично выделялись белые громады облаков.

Таких великолепных закатов, как на Бали, я нигде не видела. Они никогда не повторяются и можно бесконечно смотреть на эти удивительные метаморфозы цвета и формы.

Любуясь на закат, я думала о Пепе.

«Откуда же у молодой, привлекательной и успешной женщины такая вселенская грусть в глазах? Как будто у неё на плечах огромный груз неразрешимых проблем. В то время как её благоверный скачет, как орангутанг, и радуется жизни?»

Мои мысли прервал всплеск воды, раздавшийся совсем рядом. И в этот же момент я услышала:

— «Это было у моря, где волна бирюзова,
Где ажурная пена и соната пажа.…»

Я вздрогнула от неожиданности. Резко повернув голову, прямо перед собой я увидела улыбающееся лицо Филиппа. Лёгок на помине!

— Вы всё время подкрадываетесь так неожиданно, Фил! Стараетесь застать людей врасплох?

— Люблю наблюдать за человеческими реакциями.

— Немного жестоко, вы не находите? — я отплыла в сторону.

— Это мой стиль, — он пожал плечами и поплыл за мной, — мне нравится некоторый эффект неожиданности в отношении интересующих меня женщин.