ил встретиться, выпить пару чашек кофе. Она любезно согласилась. На следующий день мы с Наташкой (одноклассницей) уже сидели в кафе и болтали. - А ты помнишь Михаила? - спросил я её после часового обсуждения наших личных жизней. - Того что ль, который по математике шарил? - переспросила Наташа. - Ну да, - обрадовался я, - и не только.... Головастый пацан был. - Ну да, помню, - утвердительно кивнула головой Наташа, - а с чего это ты вдруг о нём? - Да, понимаешь, - слегка почесав затылок, объяснял я, - он тихий такой в школе был. Но хороший парень. Недавно решил поискать его в интернете. Найти хоть что-нибудь о нём. Да вот только даже на сайте института, ну в который он пошёл после школы, помнишь? Так вот, даже на сайте института среди его факультета никакого даже упоминания о нём. Вот так... - А может он на другой факультет перевёлся? - вопросительно посмотрела на меня Наташа. - Да я и подумал об этом вчера, - продолжил рассказывать о своём детективном расследовании, - и даже посмотрел другие факультеты. Выпуски того года. Посмотрел ещё какие-нибудь сайты. И нет его. Нигде там нет... - Странно... - тут уже по глазам Наташи было видно, что она тоже слегка заинтересовалась судьбой нашего общего одноклассника, - а я ведь даже и не знаю, где он жил. Ну адрес какой. И родителей его не помню. - Я тоже пытался вчера всё это вспомнить. В школьном альбоме посмотрел отчество и искал по адресам, по телефонам. Кажись, либо переехали они вовсе, либо в живых уже нет его родителей. Конечно, надеюсь, что последнее не случилось... - Может просто сходить в тот институт и там поспрашивать? Ну или кого-нибудь с того выпуска? - Вот точно! - дошло до меня олуха, - я, как-то, с этим интернетом и не подумал... Закончив милую беседу мы пошли прогуляться. Эта игра начала мне нравится. Вот нашёл себе занятие на свою больную голову! На следующий день было решено пойти в архив института. Вместе с Наташкой, разумеется. Напросилась. Тоже, видно, захотела почувствовать себя детективом. - Ну ведь у Бонда была же подружка! - хлопнула она меня по руке, когда мы вместе уже подходили к назначенному месту. - У какого Бонда? - задумался я. - Ну ты что! Бонд! Джеймс Бонд! - позитив, исходящий от Наташи, был ярче дневного солнца. Зайдя в институт, мы сразу нашли тех, кто, возможно, мог бы нам помочь. Пришлось немного наврать, что это был мой двоюродный брат, которому готовил сюрприз на день рожденья и хотел позвать всех его однокурсников. Милая женщина из архива охотно согласилась помочь. Начала искать бумаги, папки. Что-то печатала на компьютере и снова сверялась с бумагами. Приговаривала, правда, что это не положено, но для такого милого родственника сделает исключение. Записи, что ей удалось найти, были только до третьего курса. Каким-то странным образом, после третьего курса Михаила нигде не было. Тут уже удивились все. Будто испарился... - Я даже не знаю, что вам сказать, - протёрла свои очки женщина из архива, - здесь нигде нет ни приказа об отчислении, ни какой-нибудь докладной от студента.... После этого я уже точно был заинтригован. Это был уже не просто азарт, это было огромное желание понять, что вообще произошло. Попрощавшись, мы с Наташей вышли с института. - Да, обычно, в канцеляриях часто что-то теряют. Вон, как у нас в офисе, - начала она бодро рассуждать, - пару недель назад пропали отчёты за прошлый год. Причём огромная такая кипа бумаг. Искали всем отделом и только через два дня нашли. Вернее наткнулись. Кто-то их пристроил в другую папку, где были накладные за январь... - Ну да, я не спорю, бумажки часто теряются. Однако, человек пропал после третьего курса! Просто пропал. Так не бывает же! Что учился, ходил. Писал там что-то. И тут, бац! И всё... - Нам надо собраться всем классом, - предложила Наташка, - может кто-нибудь из остальных что-то знает? К выходным нам удалось собраться почти всем классом в летнем кафе. Кроме Миши, который, понятное дело не смог бы появиться на этом мероприятии, не пришло ещё двое человек. Елена и Генка. Елена уехала ещё несколько лет назад заграницу, куда-то в Европу, вместе с новым мужем. Она ещё со школы была королевой класса. Вот и нашёлся заморский "король"! Ну а Генка был моим другом. Сидели на соседних партах и часто играли в футбол. Его не отпустила жена. Мне было очень смешно, но искренне понял товарища. Жена у него уж больно боевая была. Зато они точно стоили друг друга. - Так вот, народ, - начал я, чуть захмелевший, разговаривать с не менее захмелевшими одноклассниками, - кто Мишку помнит?! - Какую мышку? - спросил Витёк. Он даже спустя несколько лет был не очень далёк, как и в детстве, но стал большой шишкой в местном горсовете. Мелкий чиновник, с большим брюшком. - Да не мышку он сказал! - поправила его Настя. Она была у нас главной заводилой среди девчонок в классе. Сейчас работала администратором в гостинице. Наверно, всю жизнь и шла к этой профессии. Общение с разными людьми было её любимым занятием ещё в школе. Даже инспектора доводила своей болтливостью, когда он к нам с очередными инструктажами по "нарушениям и обязанностям" приходил. - Того ботаника что ли? - посмотрел угрюмо Серёга. Он после школы сразу в армию пошёл. Парень рукастый, но с головой было туго. Сейчас слесарем в авто-мастерской трудится. - Да, того, - ответил я Серёге. - Ну с ним только ты хорошо общался, Егор, - обратилась к Егору (нашему бывшему старосте, а сейчас спокойному и рассудительному директору маленькой фирмы) Света. Света была ещё одной серой мышкой из нашей компании, как и Михаил, только она более менее общалась с девчонками. Правда, сторонилась шумных компаний в школе. Не пила, не курила. Сейчас мать троих детей. Ну, выпивать начала потихоньку. Конечно, разумно. Вот может мы и повзрослели... или стали глупее... - Я не общался с ним после второго курса. Мы учились в одном институте, но перестали общаться... - объяснил Егор. Значит, что он был самым последним из нас, кто поддерживал общение с Мишей. Правда, оно всё же оборвалось. Егор сказал, что просто перестали видеться. - А может пойдём к экстрасенсу? - прозвучало очень странное заявление от Наташи. Очередная странная идея. Идея была очень странной, но всё же, уже доведённые до хорошей кондиции, мы согласились.