Старожилы утверждали, что новые репатрианты последовательно проходят следующие стадии: в первые дни - состояние потерянности и депрессии, потом - от нескольких недель до нескольких месяцев - эйфория, затем опять депрессия и, наконец, нормальное трезвое рабочее состояние.
У нас же и здесь все было не как у людей. Мы как впали в эйфорию с первого дня, так и жили пока с идиотскими улыбками, несмотря на неопределенность ситуации, отсутствие родных и друзей, и реальные опасности. В то же время каждый день перед глазами - сказочно красивая страна, приветливые доброжелательные люди, да еще слышали на каждом шагу, в том числе от официальных лиц: "Это твоя страна. Ты имеешь право." Умом понимаешь, что это часть политики, что в жизни так не бывает и быть не может. Однако после многих лет в стране, где родился, вырос и работал много лет, и слышал, в основном, только о своих обязанностях и долгах, так хотелось поверить.
Потом - все, как у всех, и в то же время уникально, только как у тебя: ульпан, новые знакомые, съемная квартира, курсы, поиски работы. И наконец, ощущение какой-то устойчивости, себя на своем месте, дома.
Поиски работы.
Чем начинает заниматься нормальный совок-эмигрант в любой стране сразу же после того, как немного поел и нашел место для ночевки?
Правильно - искать работу.
В каждой стране - из личного опыта - есть свои особенности этого занимательного процесса, но в то же время есть и много общего.
Конечно, если Вы - ученый международного класса, известный диссидент или, упаси Б-г, работник спецслужб в чинах, или приехали к устроенным родственникам, процесс идет по другому, неизвестному нам пути.
Главное - принять решение! Было принято нахальное решение не мыть чужих квартир и лестниц, не мести улиц и не копать канав до последнего куска хлеба и мелкой монетки в кармане, а наоборот, искать работу по специальности.
Несмотря на все разговоры о том, что в стране огромная безработица, доктора наук метут улицы, да еще и метлы за свой счет покупают, рабочие места в принципе есть, и кто-то на них работает. Или не работает.
Первым местом, куда я набралась смелости обратиться на неродном языке, была единственная в стране лаборатория криминалистической экспертизы при полиции. Я позвонила и попросила о встрече, причем мне еще раз объяснили то, что я и до этого хорошо выучила, т. к. слышала много раз: мест нет и в обозримом будущем не будет, не берут новых эмигрантов, не берут граждан с русским паспортом и старше 35 лет и т.д., дальше и слушать было неинтересно, у меня уже был весь букет перечисленных недостатков. Тем не менее "в гости" я напросилась.
Лаборатория занимала целое крыло фундаментального здания полицейского управления. В этот день все здание было украшено национальными флагами, окружено полицейскими в парадной форме и с автоматами. Флаги развевались, полицейские салютовали всем проходящим, и вообще происходило что-то необычное. Я решила, что раз меня именно в этот день пригласили, то и парад - в честь моего долгожданного приезда. Оказалось, не только. В этот день происходило представление нового министра внутренних дел, и поскольку все равно в такой день никто не работал, заодно позвали и меня. Чтобы два раза времени не терять.
В проходной полицейский при параде долго изучал мой документ, сличал его с мордой лица, звонил по телефону и согласовывал что-то на повышенных тонах, спрашивал откуда и зачем я приехала и во сколько выехала из дома. Но все-таки пропустил. По-моему, его убедило, что я из другого города, eхала не на машине по причине ее полного отсутствия, а на автобусе рейсом 5-30 утра.
На церемонию представления нового министра меня не пригласили, хотя мне очень хотелось. Объяснили, что в штатском нельзя, а которые в штатском, должны иметь персональное приглашение, а мне его прислать ну просто забыли. Но я-то поняла, что на самом деле побоялись, что я затмлю (или затмю?) их замухрыжистого министра. Или мы с ним вдруг кресла перепутаем. Или в прессу я попаду раньше, чем он. Короче, не пустили, а сопроводили в лабораторию, в которой я так стремилась поработать. Кстати, сотрудники на презентацию тоже не пошли, видимо, справедливо полагая, что на министра они еще успеют насмотреться, а я - редкое зрелище и скорее всего, неповторимое.
Чтобы не травмировать начальника своим присутствием сверх необходимого, я сразу поведала ему, что: