- сделать иврит языком общения во всех сферах: дома, в школе, в общественных отношениях, делах и торговле, в промышленности, искусстве и науках;
- сохраняя восточный характер языка, придать ему необходимую степень гибкости и тем самым превратить его в адекватное средство передачи современного мышления.
К 1948 году с образованием Государства Израиль возросли предъявляемые к языку требования. Создание терминологии в области закона и политики, армии, военного и торгового флота, гражданской и военной авиации стало первостепенной задачей. В августе 1953 года была создана Академия языка иврит в качестве государственного учреждения. В ее задачу входило "направлять развитие иврита на основе исследования всех периодов истории этого языка во всех сферах его жизнедеятельности".
Академия успешно действует по сей день.Но как часто бывает в жизни, живой язык далеко не всегда развивается по академическим канонам. В иврите много заимствований из других языков, особенно из английского и русского, причем если большая часть английских заимствований - термины, относящиеcя к технике, то русские, как бы это поточнее выразиться, - к фольклору. Термины далеко не всегда литературные, но из песни слова не выкинешь.
Примеров много: "лефаксес" - послать по факсу, "летальфен" - позвонить по телефону.
Русские нам ближе, но не всегда совпадают с первоначальными значениями. Так, "жлоб" - это просто большой здоровый человек, зато "бардак" и "балаган" то самое и есть. Пресловутое выражение "кибенемат" в свое время произошло от известного русского ругательства, но в иврите утратило бранный смысл и употребляется как разговорное "куда подальше".
Словотворчество продолжается ежедневно.
Профессор Техниона читает лекцию по математике. Чтобы наглядно объяснить постулат о параллельных прямых, которые не перекаются, проводит их до края доски, продолжая говорить: "Вот они идут, идут дальше, уходят к е... матери и нигде не пересекаются." Около половины студентов (русскоговорящих) заходится от хохота. Профессор искренне недоумевает.
Для тех, кто не знает иврита, это выражение означает просто "уйти очень далеко, без возврата".
Приглашая меня на очередное совещание, начальник (урожденный сабра, знающий русский язык в объеме общепринятых ругательств) говорит: "Только учти, это опять будет сплошная "пиздеология" (разговор не по существу, с нотациями и призывами).
На пике развития хай-тека любая фирма, имеющая один компьютер, но претендующая на такое звание, стала именоваться "хуй-тек" (без какой-то сексуально-бранной коннотации).
Специалист в любой области в иврите обозначается словом "мумхэ". Как-то сильно обозлившись на приглашенного "специалиста", русскоговорящие сотрудники ввели в обращение новый термин. В нашей фирме стало принято спрашивать: "Слушай, ты как думаешь, он мумхэ или мумхуй?"
Список далеко не полон.
Автобусные страсти.
С началом интифады любая поездка на автобусе стала сопровождаться определенной нервозностью.
Народ внимательно осматривает входящих пассажиров, обращая внимание на их одежду и сумки.
Еду я однажды в автобусе, сижу одна на двойном сиденье напротив задней двери. Сзади меня на свободном последнем сиденье - девушка книгу читает, через сиденье от нее лежит рюкзачок. На остановке вошел новый пассажир и направился по проходу в нашу сторону. Вдруг он увидел рюкзак и спросил девушку: "Твой?" Девушка оторвалась от своей книги и молча смотрела непонимающими глазами. Все остальное заняло секунды. Крик пассажира: "Водитель, стой! Открой двери! Опасный предмет!" Водитель тут же затормозил, двери открылись. Пассажиры - кто пригнулся под сиденье в ожидании взрыва, кто выскочил наружу. Пассажир одной рукой выкинул в дверь меня, другой схватил девушку с книгой. Девушка отбивалась, схватила рюкзачок, книга упала, на шум отреагировали, как на взрыв.
Наконец, недоразумение разъяснилось. Девушка оказалась туристкой, с ситуацией не очень знакома, иврита не понимала.
Все расселись по местам и поехали дальше.
В другой раз панику организовала я сама. В переполненный междугородний автобус входит явное "лицо арабской национальности" с большой сумкой и тепло одетое явно не по погоде. Как-то неуверенно движется по проходу поближе к выходу и останавливается около меня; суетится, перекладывает сумку из руки в руку, поправляет одежду. Я, на почве общеизраильского автобусного психоза, сверлю его глазами. Замечаю, что не я одна. Странный пассажир суетится еще больше, оглядывает свою одежду, но не садится и не выходит. В какой-то момент нервы мои не выдерживают, и я начинаю орать: "Не стой около меня со своей сумкой, садись или выходи! Я сейчас полицию позову!"