Видимо, красноволосая женщина больше не появится. Немного жаль, дорогой дневник – было в ней что-то лесное.
25 сентября
«Ну вот, ёж, я извинился перед ней, – сообщил мне хозяин сегодня утром. – Как ты и просил. Да-да, нечего фыркать с таким недоумением – я видел вчера твой взгляд! Написал, что, если мы и будем видеться дальше, то без секса. Признался, что я больше не один. И попросил прощения за вчерашнее. Она ответила парой слов, теперь молчит... Ну что, ты доволен? Теперь всё по твоим ежиным законам?»
Теперь даже да, – уныло подумал я, пытаясь предположить, чем хозяин займётся сегодня ночью – снова позовёт двуногую, пахнущую лавандой, или отправится один бродить по городу. Теперь всё по ежиным законам; но в этой незримой войне я болел за женщину с красными волосами. Как бы ему это показать?..
«Послезавтра у неё день рождения, кстати, – добавил хозяин, нервно расхаживая туда-сюда. – Как думаешь, поздравить или нет? Я ещё написал, что тоже собрался походить на бокс, как она, – но она опять отвечает односложно...»
Ну, ещё бы, – подумал я. Странно, что тебя это удивляет.
И тут меня осенила идея. Цветок, красная роза!..
Когда хозяин вернулся с прогулки, в моей клетке лежал один из флакончиков из его купальни – розовый, с рисунком: ярко-алый бутон розы, тонкий изгиб шипастого стебля. Смеясь, хозяин поднял флакончик.
«Намёк понят, уважаемый ёж! Кажется, кто-то вместо меня приглядел себе даму сердца».
Конец