— Степан, ты, что же это делаешь? А если он своим дружкам растреплется, что чужак чудо самовар сделать может? И все твои хитрости, пойдут прахом, я и так хотел рассказать. А теперь что?
И ты старый, — я перевел взгляд на Никодима, — тоже хорош. Где детишки? Давно не видел, — Подделал его голос.
Получилось так удачно, что Андрейка, хмуро выглядывающий из-за спины отца, хихикнул и этот смех разрядил обстановку.
'Даже удачно, что старый хрыч в родстве состоит, ну держись…'
— Федор. Ты уж это, не серчай, — сконфуженный мастер, почесал кончик носа. Он кивнул на Степана, — Степа и правда не знал, что этот огрызок здесь обретается. — И указал на крестника.
— Черт с вами. Только давай договор заключим, по которому ты с каждого самовара, будешь мне половину отдавать от тех денег, что за него брать будешь.
— Ого! Не много ли? Ты не делаешь ничего, а я тебе половину…
— Никодим, посмотри на меня. Я чужак в этом городе. Могу сейчас встать и уйти. Пойду на кукуй и купцам немецким расскажу, что тебе поведать хотел, а потом с ними договорюсь, о деньгах. Твоя правда в том что я не вношу труда своего в твою работу, тебе так кажется, только в отличие от тебя я головой тружусь. — Постучал себя пальцем по голове. — И поверь, она даже болит иногда.
— Третью часть.
— Мастер. Дозволь так величать. Ты наверно сам не раз ходил с обозами и по рекам сплавлялся и бывало что не раз спать ложились без горячего, дождь идет, иная непогода, а та штука что зовется самовар, позволит готовить горячее даже на море при качке, немцы с руками оторвут. Им ты и сможешь первые свои самовары продать, задорого. Так что половина.
— Так сколько я их смогу сделать то? — Он готов был взвыть от отчаяния.
— Я тебе говорил что работаю головой? Я подскажу что и как сделать чтоб можно было и одному работать. Но лучше с первой продажи возьми себе помощников толковых.
И я рассказал как и из чего делать. Нарисовал углем чертеж на доске. Времени это заняло немного.
Они сидели с обескураженными лицами на которых было написано 'так просто' Там только один пустяк был важен, качество, качество и ещё раз качество.
Для начала, надо было сделать валки и начать катать листовую медь. Без неё цена будет запредельной, точно игрушка для богатых. Или покупать готовую. Что тоже дороговато выходит.
— Если так просто, — Никодим переглянулся со Степаном, другие посмотрят и такие же делать начнут, цена упадет.
— Да и бог с ней. Сколько они один самовар делать будут?
— Хороший мастер дня за три один сделает.
— а с помощником? А с двумя, с тремя с десятью…
— Это зачем столько дармоедов?
— Есть способ. Надо чтоб каждый делал только что-то одно. Один отливает из бронзы краники, второй их очищает и полирует, третий припаивает. Если делать одному то в день ты их сделаешь, ну… с десяток…
— Полтора.
— Хорошо, полтора. А три человека сделают сорок пять, в день.
— А зачем так много?
— А за тем что другие в это время, один уголь жгут. Если покупать не хочешь, другие корпуса паяют, топки готовят, лудят, трубы вертят. А последние мастера собирают все готовые части вместе, и выходит не один за три дня, а десяток в день. Те за свой самовар захотят рубль, а ты свой за полтину отдаешь, так у кого быстрей купят? Ещё и очередь будет. А на что ты краны льешь?
— Для бочек.
— Никодим сможешь мне трубки спаять? В палец, — выставил мизинец, — или в половину этого.
— Надо попробовать, большие делал, такие маленькие… нет.
Он ещё одну штуку должен будет сделать, котел и змеевик для самогонного аппарата. Для моих задумок был нужен спирт.
'Ну не знаю, как выглядит ректификационная колонна изнутри, только снаружи. На фига мне на даче эта хреновина, когда пошел и купил… Купил один такой. Буду перегонять пару раз, и очищать углем. А ещё мне нужны медные трубы, хочу сделать нормальный душ'
— Ладно, пора и честь знать, Степан, домой едем?
Уже прощаясь, попросил Никодима, раскатать тонкий лист олова, толщиной как и медный. Он пообещал сделать.
Уже за воротами, когда садился в телегу, хлопнул себя по лбу. Обозвался кретином и попросив Степана обождать чуток вернулся обратно. Ушедший было хозяин, вернулся, — Забыл что?
— только один вопрос, чем ты лудишь медь?
— Подожди, — Он ушел в сторону мастерской, через пару минут вернулся, неся в руках стеклянную склянку, протянул мне. Я забрал, понюхал, и сердце радостно забилось. Она родимая, кислота, за плотность не ручаюсь, но всегда выпарить можно. — Ты у кого её берешь? Мне её с кувшин надо. Можешь купить для меня?