Мне надоело препираться с кузнецом, бывшем не в духе. Оставив за собой последнее слово, я развернулся и ушел.
Выйдя во двор, огляделся, конюшня крытая дранкой с распахнутыми воротами, птичник, рядом с ним квохтал с десяток кур во главе с моим будильником. Завидев меня одиноко стоящего, что-то переклинило в его пустой голове, и он пару раз капнув ногой пыль, распушил перья, бросился в атаку. Схлопотав сапогом по острому клюву, как ни в чем не бывало, вернулся к своему гарему, клюнул одну из клуш и, вытянув шею, заорал свою утренний клич.
— Вот тварь, твое место на сковороде, ножка буша. — Оглянулся, с этим гадом надо держать ухо востро, может наскочить сзади. Пошел на зады усадьбы, там, в углу у меня стоял перегонный куб.
Но не для самогонки, для других дел. В это примитивной установке я занимался перегонкой древесины.
Простой навес, сложенная из кирпича печка, на ней установлен сделанный из глины с толстыми стенками бак, кувшин, скорей всего бак. Гончар попытался жалиться говорил, что у него с первого раза не вышло, и он много дров в пустую, спалил, пока сделал, так как нужно. Я только спросил, — ' а ты что, только его одного в печи обжигал, а как же те чашки плошки?' Он замялся, и потом было пара попыток выцыганить еще, но тщетно, как договорились о такой цене и будет. Никодим задал один вопрос, — ' для чего' Я объяснил. Он, посоветовал смолу собирать в отдельную посудину. В нижней части моей установки было просверлено отверстие, в него вставлена медная трубка с заглушкой, внутри на двух кирпичах лежала чугунная решетка, на неё выкладывались березовые полешки, сверху опускалась глиняная крышка со вставленным отводом для охладителя. Змеевик был уложен в керамическую трубу, заглушенную с двух сторон, и крепился вертикально, из бачка стоящего на крыше подавалась холодная вода. Проходя насквозь, вытекала из нижнего патрубка в нижний бак. Здесь она остывала и потом перекачивалась на крышу. Ну, нет здесь ручьев и рек поблизости, вот, и приходится выкручиваться.
Если бы вы знали, какое было недоумение от душа по первости, а теперь, когда наступило лето и в мастерской жара и духота. Нет, нет, а кто ни будь, да споласкивается. А чего, выйти из дверей, дойти с десяток шагов до конюшни и завернуть за угол, вот он летний красавец, вода течет на огород, поливать меньше. Зато кайф был неописуемый, на улице под тридцать, а я под прохладными струями стою и фыркаю от удовольствия.
За задней стенкой своего цеха, валялась в лопухах, поднял лестницу, сколоченную из жердей, приставил, забрался наверх проверить уровень воды, норма, хватит. Спустившись, занялся подготовкой к загрузке своего агрегата, замесил немного глины, швы замазывать на крышке. Нарубил дров помельче, пробовал класть целыми поленьями, вместимость позволяла, так выход был мизерным и долго процесс шел. Подготовил емкость под дистиллят, проверил горелку. Да именно горелку, когда в первый раз делал, мне не понравился запах, ну и поднес лучину к выходному отверстию, хорошо морду в сторону отвел, ударила такая струя пламени. Я подумал чуток, мальца переделал приемник, на выходе поставил отводную трубку и теперь мой агрегат почти, перпетуммобиле, сам себя греет. Дрова только на начальный разогрев уходят. Загрузил, поставил крышку, замазал швы, уложил груз и разжег огонь в топке.
Самое дорогое во всем этом процессе, как ни странно оказалась соль, самая обычная. Её надо было много, после того как дистиллят отстаивался, сливал его в другую посудину, круто солил и оставлял для отстаивания. Через день раствор расслаивался, и я сливал получившуюся жидкость с запахом ацетона. Оставшуюся часть пока оставлял, все, что про неё помнил, что для её перегонки нужны большие температуры, мой глиняный аппарат их просто не выдержит.
'Когда получил ацетон в первый раз то даже в пляс бросился, но взял себя руки, и попробовал очистить полученный продукт, не знаю как это делают, поэтому просто отфильтровал. Вся эта бодяга заводилась только ради одного, вата, замоченная в азотке, промытая в дистиллированной воде заливалась ацетоном, происходило её растворение. Полученную массу раскатывал деревянными скалками, обшитыми кожей, пока она не просохла, протирал через сито. Рассыпал в лотки и оставлял для дальнейшего высыхания. В общем, где-то так, может где-то что-то и нарушил, но первая же попытка показала хороший результат, вспышка и маленькая кучка пороха сгорела, практически без остатка. Я тогда откинулся на бревенчатую стену, и устало прикрыл глаза. В голове билась только одна мысль, — 'получилось'
После первой удачной попытки, наступили трудовые будни, и в заначке у меня уже был почти килограмм непонятного порошка, но горящего как порох. На одном таком испытании произошло маленькое приключение предопределившее поиск места для полигона.