- Не говори так. Родителям ты уж точно нужна.
- Ха! Да ты знаешь, что моя мать будет рада, если я умру! Когда я была ребенком, она кормила меня только сладостями. Она хотела, чтобы я выросла прыщавая и толстая.
- Зачем???
- Она боялась, что буду выглядеть лучше, чем она.
- Ну, перестань. У тебя, в конце концов, есть дочь.
- Если со мной что-то случится Рейчел получит страховку 20000 долларов. И всем будет хорошо. Может, только ты и будешь переживать?
Это была первая шутка, которую я от неё услышал.
- Ты меня извини, - продолжила она, - я иногда напрасно на тебя кричу.
- Да ладно, - ответил я, - идеальных людей не бывает, и я тоже не сахарный.
И обнял её еще крепче.
Бренда подняла на меня глаза:
- Смотри, уже 12 часов, наступил День Влюбленных, выеби меня, пожалуйста.
- А знаешь, - сказала она несколько минут спустя, - я перестала принимать противозачаточные таблетки и если я забеременею, то пусть у
нас родится ребенок. Ты кого бы хотел?
Я уже почти проклинал себя за подложенную кошачью шерсть. В первый раз я подумал, что ведь, в сущности, она несчастный человек, и сама больше всех и страдает из-за своего характера.
Если бы она пошла в ванную подмываться, то я бы успел вытряхнуть шерсть в помойное ведро. В крайнем случае, поменял бы ей подушку. Но Бренда никогда не подмывалась после секса.
- Good night, Roman.
- Good night, Brenda. Sleep well.
Какое-то время я лежал и приглядывался за ней, но не заметил никаких отклонений от нормы. Бренда спала и дышала ровно. В конце концов, я решил, что аллергия на кошек у нее чисто психологическая.
«Не забыть бы завтра вытряхнуть из её наволочки шерсть» - подумал я и тоже заснул.
- Пррру! Пррру! Пррру!
Что такое? Как будто кто-то пытается остановить невидимую лошадь? В полудрёме я никак не мог понять, откуда эти звуки.
- Пррру! Пррру!
Я увидел, что Бренда надувает щеки и тут же с шумом выпускает из них воздух. Я вскочил, включил свет и склонился над ней. Лицо ее посерело, глаза были полуоткрыты, но в них не было заметно даже самой малейшей мысли. Слабый пульс вроде бы ещё прощупывался.
- Пррру!
Как будто она пыталась втянуть в себя воздух, который никак не хотел проходить в легкие.
Я в первый раз поднял на неё руку и начал бить её по щекам. Бесполезно. Сбегал, набрал из-под крана стакан воды и вылил ей его на голову. Никакого результата.
Набрал 911.... Пока общался со службой спасения, она умолкла.
Я еще попробовал сделать ей непрямой массаж сердца и даже искусственное дыхание, хотя уже понимал, что это не поможет.
Неожиданный финал.
- Поздравляю тебя с Днем Влюбленных, Бренда! - я закрыл ей глаза, - но совместных детей у нас, скорее всего, не будет. Видит Бог, я не хотел тебя убивать, но так уж получилось. Но ты бы и сама когда-нибудь умерла, так что разница только в количестве прожитых лет. Хочешь, я спою тебе песенку? Twinkle, twinkle little star...
На самом деле мне хотелось плакать, и чтобы это не произошло, пришлось разыгрывать из себя злодея.
- А вообще, Бренда, в наш последний вечер ты меня разочаровала. Я уже был почти уверен, что ты абсолютный монстр, но оказалось, что даже в тебе было что-то человеческое.
Я взял подушку Бренды, отнес её туалет и вытряхнул всю шерсть в унитаз. Улики были уничтожены.
Приехавшим медикам оставалось только констатировать смерть.
Полицейские попросили меня найти её ID, и когда я полез в сумку Бренды, то оттуда выпала адресованная мне открытка, которую она не успела мне вручить. «Dear Roman! You mean so much to me and I'm so thankful that I get to spend the rest of my life with you» (Дорогой Роман! Ты так для меня много значишь, и я так благодарна, что проведу остаток жизни с тобой). Конечно, это была стандартная открытка-валентинка от Hallmark, купленная в супермаркете. Её рукой было написано только одно слово «Roman», но теперь и это приобрело зловещие очертания, превратившись в пророчество мертвеца.
Следующая неделя прошла как в тумане. Меня два раза допрашивали в полиции. Один раз даже в присутствии русскоговорящего юриста. Спрашивали, почему я повесил трубку, когда служба спасения просила оставаться на линии. Возможно, что у них и были какие-то подозрения. Единственным мотивом преступления могло стать моё желание остаться в США, но уже без надоевшей жены. Поэтому, чтоб отвести эти подозрения, я сразу заявил, раз моя жена умерла, то не вижу никакого смысла жить в этой стране. В заключение судмедэксперта было указано, что в анамнезе были отмечены бронхиальная астма и аллергия. Аллергическая реакция спровоцировала острый бронхоспазм, который и привел смерти.