- Да идите вы нах, нет у меня денег, - заорал я и для пущей убедительности вывернул карманы шортов, показав им «уши от слоника». Это была ошибка. Мурси тут же поняли, где на самом деле лежали у меня деньги, и несколько черных рук одновременно схватилось за бар-сетку, которая висела на моём плече. А в ней было ни много ни мало 4 тыс. долларов.
«Приплыл», - подумал я, - «сейчас меня оставят без денег». Я сопротивлялся, но силы были явно неравны, еще несколько секунд, и всё племя Мурси разбогатеет. В отчаянии, пытаясь хоть как удержать бар-сетку, я укусил одну из нападавших за палец. Укушенная вскрикнула, а все остальные, к моему удивлению, засмеялись. У девчат было хорошее чувство юмора. А ведь действительно смешно! Белый человек из Европы, приехал в Африку, в самую глухомань, чтобы там укусить туземку! Пауза сыграла мне на руку, я снова овладел барсеткой, а мне на помощь уже бежал наш водитель Тесфу с вооруженным охранником. Они кое-как разогнали наседавших на меня женщин, и я скрылся в недрах джипа.
Через несколько минут отдышавшись, я снова вышел наружу. Теперь я уже был более осмотрителен. С помощью нашей охраны мне удалось построить часть племени, чтобы сфотографироваться с ними.Получилось, по-моему, неплохо.
Однако приключения на этом не закончились. У нашего фотографа Бори пропал дорогущий объектив. Он положил его в траву и только на мгновение отвернулся, чтобы сделать очередной снимок. Но когда повернулся назад, то объектива уже не было.
Мы почти не сомневались, что нам его удастся вернуть. Ведь, в самом деле, зачем туземцам, сложный оптический прибор? Это только вопрос денег. Первым делом мы пошли на прием к вождю и тот, хотя и был сильно пьян, но пообещал разобраться. Разбирался он почти два часа. В конце концов, к нам подошел какой-то парень, который заявил, что они с другом преследовали вора, поймали его и отобрали объектив. Он заявил, что они готовы вернуть его немедленно, но за работу хотели бы получить 100 быр (8 долларов). Боря немедленно согласился.
Возвращая объектив, парень посмотрел на нас честными глазами и сказал:
- В нашей деревне ворам не место. Мы строго наказали преступника!
- А как вы его наказали? - поинтересовались мы.
- Мы отрезали ему член!
На минуту воцарилось молчание.
- А можно взглянуть на то, что вы отрезали? - наконец спросила Лена.
- Мы не берем то, что нам не принадлежит,- ответил парень с честным лицом, - мы возвратили член его владельцу.
- Как возвратили? Какому владельцу? - не поняли мы.
- Мы запихнули член вору в рот, - гордо заявил парень.
- Молодцы! - похвалили мы их, - отличная работа!
Я сфотографировал «спасителей» объектива на память, за что они тут же взяли с меня 4 быра. Ребята были абсолютно голые, соответственно, карманов у них не было, и куда они спрятали полученные от нас деньги, так и осталось загадкой.
Мы уехали. И хотя никто не поверил в историю про отрезанный член, в голову периодически стучала одна мысль. А вдруг это правда??? А что если сейчас на берегу мутной реки Омо сидит сейчас парень, который сжимает в руках отрезанный член, и лучи заходящего солнца отражаются в его грустных глазах?
РЕМОНТ
Вот. Собрался на ПМЖ в Уганду. Окончательно. Осталось только сдать квартиру, чтобы детям алименты платить. Но кому её в таком виде сдашь? Обои отваливаются, потолок серого цвета в разводах.... Подкрасить двери и плинтус не мешало бы.
Телефонный звонок оторвал меня от этих размышлений.
- Алё, это Наташа от тети Вали. Это вы хотели сделать ремонтик?
- Ну, хотел, а где сама эта тетя Валя?
- Да ей пришлось срочно уехать в Молдавию, у неё регистрация уже заканчивалась.
- Понятно.
- Так, ну когда к вам можно прийти посмотреть квартирку?
- Да, прям сейчас и приходите
Наташа пришла. Девка, как девка, молдаванка, на вид лет 27-28, руки-ноги-сиськи-жопа все на месте. Только глаза очень грустные. Я ей сразу объяснил, что она правильно выразилась, и мне именно нужен был не ремонт, а «ремонтик». Дешево и сердито. Все равно будущие жильцы, скорее всего, засрут квартиру меньше чем за год. Наташа оказалась понятливой. Короче, мы договорились, что никакая бригада ремонтников сюда не придет, все делать будет она сама, а двигать мебель и подавать обои буду я.
На следующий день работа началась.
Руки у меня растут из жопы, и помощник я плохой. Наташа то и дело орала: