- Oh, your penis is like volcano, - сказала Эвелин на секунду освободив мой член от объятий своих полных губ.
Льстит, конечно. Но согласитесь, что если ваш член сравнивают с вулканом, то это не может не понравиться. И ведь действительно между этими вещами много общего. И форма и содержание. Оба предмета периодически извергаются. Нет сомнений, что вулканы - это эрогенные точки нашей планеты. Как нет сомнений и в том, что без вулканической деятельности появление жизни на Земле было бы просто невозможно. Ну а без хера, какая может жизнь? Хреновая. Бывает, что извержение вулкана длиться всего несколько часов, а бывает, что этот процесс тянется годами. И тут тоже все как у людей - кто-то кончает даже не успев засунуть, а кто-то гоняет член туда-сюда битых 2 часа.
Каждый год вулканы выносят на поверхность миллиарды тонн вещества. Если умножить все эти миллиарды на возраст Земли, то получится число близкое к массе самой Земли. И это без учета того факта, что в минувшие времена извержения происходили куда чаще. Это может показаться бредом, но только для тех, кто не понимает что наша планета это живой, развивающийся организм.
А ведь, в сущности, про нашу планету мы мало что знаем! Известно только о том, что лежит на самой поверхности. Если бы наша планета была размером с яблоко, то наши познания ограничились бы кожурой.
Так, где как не на вулкане можно почувствовать дыхание нашей планеты, ощутить ее энергию, вступить с ней в контакт? Ну, всё! Хватит валяться и теоретизировать. Я знаю что делать!
- Эврика! - закричал я.
Испугавшись крика, Эвелин прикусила мой член. И тогда я заорал еще сильнее.
ТАНЗАНИЯ, КИЛИМАНДЖАРО
Ненавижу холод, и это, кстати, одна из причин, почему я переехал из России в Африку. Поэтому, чтобы как можно меньше мерзнуть, я решил подняться на Килиманджаро по самому короткому 5-ти дневному маршруту. И тут неожиданно нашелся попутчик. Несколько лет назад на шахматном форуме я познакомился с Юджином из Swansea (Уэльс). Шахматист Юджин неплохой, у него хорошо поставленная классическая игра и он когда-то даже выступал за родной Уэльс. А сейчас играет на тромбоне в каком-то джазовом баре и является председателем шахматного клуба. Кроме того любит путешествовать, собственно поэтому мы подружились. Бездельник, одним словом, этот Юджин, в хорошем смысле, конечно. А что, может себе позволить, у него есть кое-какая недвижимость, а детей нет. Вот и живет человек в свое удовольствие. К моему удивлению, он с восторгом принял мое приглашение сыграть партию на вершине Килиманджаро и уже через 2 дня (!!!) я встречал Юджина аэропорту Jomo Kenyata. Кстати, так как мы не нашли никакой информации о том, играл ли уже кто-нибудь в шахматы на вершине Килиманджаро, то Юджин лелеял мысль стать первым Кили-шахматистом.
Не скажу, что дорога к пику была легкой, но я умышленно пропускаю описание всех наших мучений, так как в Интернете и так полно отчетов на эту тему.
Скажу только, что удовольствие это сомнительное, и если всё-таки получаешь его, то только тогда, когда уже всё позади. Пять дней мы мерзли, почти не мылись, болела голова. Почти каждую ночь я слышал, как кто-то блевал, каждый день из лагеря кого-то увозили на носилках. Выше 4000 тысяч метров уже не было никакой растительности, и пейзаж больше походил на лунный. Не было ни одного деревца, ни одного кустика, за которые можно зайти и отлить. А пить в горах надо много, и поэтому мы с Юджином обильно полили все окрестные валуны.
И вот, наконец, настал самый ответственный день. Нам предстояло подняться на высшую точку Килиманджаро - пик Ухуру. Глядя на мою офигевшую физиономию, Юджин решил меня приободрить.
- How are you, man? - спросил он.
- I am still breathing, - ответил я. И это была правда, я действительно ещё дышал.
- Ok, man! This answer is accepted! Let's go!
Восхождение начали ночью, чтобы на вершине встретить рассвет. Пару раз наш гид Обадия сбивался с курса, и из-за этого нам приходилось проходить сотни лишних метров. А каждый метр давался нелегко. Но сердиться на Обадию уже не было сил. Сердце грозило вырываться из груди, и чтобы этого не произошло, я периодически сосал привезенный из России валидол. Один раз наш гид, пообещав скоро вернуться, оставил нас. Не было его минут 10-15. И мы как два мудака сидели среди скал в ночи с горящими во лбах фонариками и гадали, а вернется ли он вообще? Наконец появился Обадия и спросил, нет ли у нас таблеток от поноса? Я дал ему валидол. Как позже признался сам Обадия, это ему очень помогло.