Ладно, допустим. В Древнем Риме практиковали такую изощренную казнь. Петуха, змею, собаку и преступника зашивали вместе в мешок и бросали в Тибр. В нашем случае петух, змея и собака внутри моего сына были замурованы вместе с преступником, которым оказался каждый пассажир этого злополучного рейса. Чего только не вытворял мой пассажир 57. Помните такой фильм со Снайпсом? Где маньяк угнал самолет? Артем подходил по проходу между креслами к мирно спящим гражданам и начинал гипнотизировать их, пока те не просыпались. Ой, не все, далеко не все умилялись, спросонья увидев перед своим лицом два хищных глаза моего Артема. Далее он усаживался на небольшой площадке возле туалета и одобрительно хлопал по икрам каждого выходящего оттуда человека. По их лицам я понимал, что некоторые от испуга сходили повторно.
Но свой самый гениальный перформанс Артем устроил в конце третьего часа полета. Даже я сумел оценить его изящество сквозь густое облако стыда, в котором я пребывал весь перелет. Артем присел у двери аварийного выхода. Там сравнительно просторное пространство. Поставил на пол свой айпад. Завел на нем мультфильм. К нему тут же сбежались все измученные дети самолета. Почти никто из родителей, судя по всему, не озаботился закачать на девайсы мультики. А я озаботился, идиот. Артем дождался, пока ничего не подозревавшие малыши рассядутся вокруг него, благодетеля, дождался, пока взрослые проронят первые слезы умиления от этого зрелища. Через пару минут после начала мультфильма Артем демонстративно встал, забрал айпад и ушел с ним на свое место. При этом сынок еще презрительно так оглянулся через плечо на всю эту челядь.
Естественно, вокруг тут же поднялся коллективный детский ор. Родители растаскивали своих рыдающих чад по самолету, бросая в мою сторону уничтожающие взгляды. Был там один мальчик. Мистер позитив. Годика два, два с половиной. «Ангелочек», – цедят про таких обычно сквозь зубы завистливые родители. На свете не было ничего, что могло бы его расстроить. Он сидел тихонько на своем месте и излучал детский дзэн. Но даже его срубило, когда Артем вероломно прервал сеанс на айпаде. Как тот мальчик зашелся, бедняжка! Я даже уличил себя на мгновение в тайном злорадстве.
Когда самолет наконец приземлился и наши русские люди по привычке стали дружно хлопать, я повернулся к мирно дремлющему Артему и произнес только одну фразу: «На, получи свои аплодисменты».
Я и предположить не мог, что однажды наступит время, когда меня будет успокаивать дружный крик детей вокруг. Например, в самолете. На фоне массовой детской истерики вопли Артема выглядят естественно.
В отеле у нас – полупансион (бесплатно завтрак и ужин). Обед – за деньги. После очередного обеда нам приносят счет. Обедали трое взрослых и Артем. Счет – за четверых взрослых. Я начинаю объяснять зарубежному официанту, что здесь, видимо, ошибка и показываю пальцем на сына. Он сидит рядом на детском стульчике. И тут малыш, наблюдая за моими жалкими интеллигентскими попытками восстановить справедливость, решает мне помочь. Артем внезапно разыгрывает один из своих фирменных перформансов «уход в несознанку». Карапуз начинает отчаянно мотать головой из стороны в сторону, так что вокруг него возникает зона турбулентности. Параллельно он размахивает руками перед своим лицом, как армянин в бешенстве. Также добавляет постановочные наигранные стоны.
Я уверен, проблема и без этого бы решилась. Но с этим она решилась как-то уж совсем комично. Потому что официант зачем-то стал оправдываться не передо мной, а перед Артемом. Естественно, по-английски. Он наклонился к нему и на полном серьезе принялся объяснять полуторагодовалому шкету, что это досадная ошибка и все сейчас же поправят. С этими словами официант разорвал неверный чек перед лицом Артема и положил ему на столик. Удовлетворенный Артем едва заметным кивком царственной головы дал понять, что инцидент исчерпан, и в знак примирения даже попытался съесть остатки чека.
Жена говорит: «Артем здесь познакомился с таким хорошим мальчиком!» А я что-то сомневаюсь, что с хорошим. Не похоже это на моего сыночка. С каким-нибудь малолетним рецидивистом в розыске – это он запросто. Но никак не с наследным принцем или хотя бы с графинчиком или графчиком, как там правильно маленькие графы называются? Хотя в нашем пятизвездочном отеле действительно много хороших мальчиков. Есть даже в бабочках и подтяжках. Такие чистенькие, аж зубы сводит.
Мы сидим на ужине за столиком, а я все смотрю на входящих в ресторан людей и гадаю, кто же это новый лучший друг Артема. Вдруг в дверях появляется кудрявое нечто. В одной руке он тащит за волосы младшего брата, в другой – такую желтую табличку: «Осторожно, мокрый пол». Я с ужасом говорю жене: «Этот, что ли?!» – «Да, да, – отвечает, – такой хороший мальчик».