Из этого хлама ценность представляла только плитка шоколада.
А я страшный сладкоежка, о чем не перестает вопить сквозь до звона натянутые джинсы мой монументальный зад.
Этот вопль я слышу, поэтому сладкого избегаю.
А тут Артем уже заснул, жена стоит спиной ко мне у плиты, и от плитки шоколада стало исходить манящее свечение.
«Она же маленькая совсем, от такой ничего не будет», – включился в мозгу автоматический соблазнитель.
«Смотри, какая красивая упаковка, синенькая, РЖД написано», – вторил ему портативный искуситель.
«Твой сынок, кроха, в маленьких пальчиках специально для тебя это вез, неужели не попробуешь», – добил меня на-больное-место-надавитель.
Я тихонько, не дыша и, главное, не шурша, снял красивую, синенькую упаковку РЖД. Плитка была беленькая, ароматная. «Пористый», – мурлыкнул я про себя, откусывая вожделенный кусочек.
Вкус у шоколада был отвратительный.
«Это горький шоколад, что ли, – пробормотал я вслух довольно громко, – интересно, почему такой странный вкус…»
«Может, потому что это мыло?» – с фирменным ехидством заметила жена, повернувшаяся от плиты на мой голос.
Разворачиваю скомканную упаковку: действительно, мыло. Так и написано.
Уверен, что Артем все это сделал намеренно. За свои два с половиной годика он уже неплохо изучил мои слабости. Вот и подкинул мне мыло под видом шоколада.
Ничего, сынок, я тоже на тебя достаточно компромата нарыл. Скоро жди ответку.
Хотя кого я обманываю…
Этот мелкий Штирлиц всегда будет на шаг впереди меня, опытного Мюллера.
8. Прививка радости
Я вернулся с работы: по квартире по непредсказуемой траектории, включая потолок и стены, носилась неуправляемая биомасса, отдаленно напоминающая моего сына Артема. Скорости космические. Как будто в «запорожец» сзади воткнули ракетный двигатель от комплекса С400.
Параллельно эта неведомая субстанция издавала целый оркестр звуков, словно старое радио в квартире пенсионера, который хаотично крутит колесико в поисках потерянной волны.
Инопланетное существо, захватившее Артема, страшно пучеглазило ему глаза и растопыривало пальцы.
«Врач был, прививку сделал», – доложила жена.
Это, в общем, и так понятно, что без медикаментов не обошлось.
Что же он там Артему такого вколол, рассуждал я про себя. Меня последний раз так вштырило, когда в десятом классе сосед Костик в канистру разливного пива добавил бутылку водки. Для вкуса, как он тогда выразился. До сих пор не могу забыть этого вкуса. И особенно послевкусия. Тот коктейль Молотова пился легко: слегка газированное пиво. Но затем я, подобно Артему, носился по двору непилотируемой фанерой и говорил на праязыке, неизвестном фундаментальной науке. В тот момент на мне можно было защитить сразу две диссертации – по языкознанию и психиатрии.
Мои мысли прервал Артем, который, прыгая с люстры на люстру, заодно укусил меня на за нос.
«Да, да, – вернулся я про себя к главному, – надо позвонить педиатру. Пусть мне вколет того же».
9. «Маловероятно»
У Артема прекрасный педиатр. Нам он достался по наследству от моей подруги.
Помимо личных визитов педиатр консультирует по WhatsApp. Не Артема, а меня, его папу. Хотя, не исключаю, что уже скоро он будет консультировать там и Артема на предмет, как вылечить его полоумного папашку от детских болезней, из которых тот так и не вырос.
Консультации по мессенджеру – в пределах разумного, конечно. Анализы там не взять и горлышко не посмотреть (пока).
Мои диалоги с педиатром Артема в WhatsApp визуально одинаковы. Гигантские зеленые квадратики сообщений от меня и маленькие узенькие серые полосочки ответов от него.
Ну, например. Я пишу:
«Здравствуйте!!! [Именно три восклицательных знака – с тремя сообщение быстрее доходит, очевидно.] Тут такое дело… [Именно загадочное многоточие; он же сразу должен удариться в панику вслед за мной] Артем сейчас в деревне [читай: как ты смел нас туда отпустить, мы же там погибнем!]. Там по улице несколько дней бегала беспризорная собака. Она на Артема лаяла. Правда, издалека. Я его пытался увести с улицы, но он хотел, чтобы собака на него лаяла. Это не странно, кстати? Так вот вчера эта собака умерла. Могла ли она болеть, например бешенством, и заразить им Артема через слюну от лая? Какие-то брызги могли же до него долететь на расстоянии?»
Отправил и сижу жду приговора, как Томас Мор в Тауэре. Время останавливается, посреди лета внезапно наступает лютая зима. Меня знобит.