Парочка человек. Понятно, что их куда больше, но мне и этого достаточно, чтобы захотелось скорее свалить. Почему-то. Может, дурное предчувствие? Но нет, Дима целенаправленно ведет меня к высокой кованой арке, обрамленной жилыми коробочками на колесах, на которой большими буквами значится: Цирк “Невиданных Чудес”. Мило, очень мило…
Нас замечают и, судя по всему, ждут.
— Добрались без проблем? — к нам подлетает эфемернейшее создание на свете — маленькая, худенькая девушка с воздушными светло-сиреневыми локонами.
Внешне едва ли старше человеческого возраста Евы, но по комплекции и развитому бюсту понятно, что скорее моя ровесница. Просто невысокая и ужасно худая. Такую хочется поскорее накормить, но об этом напрочь забываешь, когда замечаешь ее глаза. Мало того, что они сиреневые как и волосы (и платье-колокольчик, сразу понятно, какому оттенку она отдает предпочтение), так еще и зрачки кошачьи продолговатые. Линзы?
— По счастью, — Дима дружелюбно её приобнимает. А они явно знакомы. — Привет, Ангелина.
Ангелина, лучшего имени и не придумаешь. Точно маленький ангелочек. Только с огромной грудью. Сердито поджимаю губы и чувствую, как мерзко кольнуло в груди. Ревность? Ой, бросьте.
А вот Стаса ангелочек не обнимает, только вежливо кивает ему в знак приветствия. Меня же одаривают добродушной улыбкой и протягивают крохотную изящную ручку с увешанными на запястье браслетами.
— Будем знакомы.
— Будем.
Не тороплюсь обмениваться рукопожатиями. А вот Мико с интересом принюхивается к новой знакомой. Ангелина в ответ трепет его по пушистой голове всё с той же беззаботной улыбкой на лице. Интересно, это она только сейчас такая раздражающе приветливая или по жизни непрошибаемый оптимист?
— Идем, я тебе всех представлю.
Это она мне? А надо ли? Видимо, выбора у меня нет. Послушно плетусь в эпицентр развернувшейся бурной деятельности. Спасибо хоть мои спутники идут следом. Сиреневый ангелочек призывно зазывает всех и орет что-то про приезд гостей.
Такой звонкий голосок только мертвый не услышит, и вот уже из трейлеров высовываются любознательные физиономии. В какой-то момент Мико вырывается и, сверкнув на прощанье полосатым хвостиком, мчится к вольерам. Своих унюхал? Отлично. Он молодец, сбежал, а я-то не могу.
Нас обступает несколько человек. Кто-то из молодых (вполне так симпатичных) мужчин обменивается рукопожатиями с Даниловыми. Их тут точно знают, и тогда мне вообще уже непонятно, почему это место под запретом у асов. Они же сами сейчас тут.
Прекрасно. Меня оценивают. Тщательно, с интересом, но без угрозы. Чувствую это особенно отчетливо. А вот сама невольно напрягаюсь. Что-то не так… что-то мне тут не нравится…
В мою сторону во все свои тридцать два зуба ослепительно улыбается волосатый юноша, а я всё равно натянута как тетива. Взращенная интуиция бьет в тамбурины. И нет, юноша реально приятный, эдакий юркий тарзанчик: худощавый с забавной гривой кудряшек, но я вот смотрю на него и невольно хочу потянуться к катару в рюкзаке.
Даже высыпавшиеся из трейлера карлики в забавных одежках и то напрягают. Или вот эти двое из ларца, одинаковых с лица... Нет, не близнецы, но очень похожи. Одинаково поджарые, ну просто сошедшие с разворота журнала нижнего мужского белья. Еще и полуобнаженные стоят, как по заказу.
А движутся, движутся как. Словно танцуют. Даже волосы смахивают с лица по-особенному соблазнительно. Местные эквилибристы, даже не сомневаюсь. С таким телом только и выделывать трюки. И все же… что не так?
И, наконец, понимаю. Вернее вижу, как из-за угла гордо вышагивает тигрица. Самая настоящая, но на нее никто не обращает внимания. Идет, идет… вытягивается ввысь и вот уже к нам направляется стройная огненно рыжеволосая женщина. Только комбинезон, отделанный под тигриный окрас, и доказывает, что я ещё не совсем не спятила.
Оборотень! Руки опережают сознание, и вот уже катар грозно рассекает воздух. Дима быстро перехватывает меня за локоть.
— Убери.
Как это убрать?
— Но это же…
— Да, да. Убери. Здесь тебе никто не враг.
Да что он несет? Они ведь тоже это видели, да? И остальные? А это означает…
— Прошу, — нервно сглатываю. — Только не говори, что они…
— Беженцы, укрывшиеся от объявленной на них охоты.