Беженцы. Как бы ни так. Теперь понятно, чего так голосит моя интуиция. Может, я и лишена способности проникать через мороки, но чутье пока ещё при своей хозяйке.
— Они же просто нечисть, — с ужасом смотрю на Даниловых, невольно шарахаясь назад. Подальше от собравшейся толпы. — Те, кого я истребляю последние пару сотен лет. И вы привели меня к ним?
— Мы никому не желаем зла, — к нам подплыла знойная тигрица. Нет, в статности этой женщине точно не занимать, но это не отменяет того факта, что она чертова оборотниха. — Все, кто находятся здесь, пытаются жить нормальной жизнью. Без мишени на спине.
Сладкие речи, но я так просто не поведусь.
— Вы убиваете.
— Нет. Потому что сами жертвы. Против нас восстала не только твоя семья, но и наши собственные. Мы изгои, потому что отказались от заведенного образа жизни и пошли против своих. Лишь здесь, подобные нам, и могут чувствовать себя в безопасности. Так же как теперь и ты.
Медленно перевариваю услышанное… Не а, бесполезно. Не переварю.
— Мы на минуточку, — бесцеремонно хватаю Диму за шкирман и волочу в сторонку. — Это прикол такой или что? Если он, вообще неудачный.
Ага, если бы. Его необычайно серьезное лицо даже шанса не дает перевести всё в шутку.
— Здесь безопасно, и им можно доверять. Это главное. Пока не разберемся с твоей проблемой, ты должна оставаться тут.
— Ты хочешь, чтобы я… с ними? Спятил, да? Доверять… да о каком доверии может идти речь?
Хотела отвернуться, но Дима перехватывает меня за подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.
— Мне ты доверяешь?
Хороший вопрос… Он же ведь мне врал, да? Врал. Может, и наша встреча была спланирована заранее и вообще все это какой-то мегохитроумный план, но между тем… Он рядом и помогает, а рядом со мной слишком долго никого не было.
Даже уже порой думала, что разучилась полагаться на кого-то в принципе, но нет. Оказывается, это так приятно — знать, что тебя прикроют. Так, что да. Сейчас я доверяю лишь двум людям (не людям, вообще-то, но это не столь важно): Еве и ему. И если потеряю шаткую веру хотя бы в одного…
— Да.
Вижу, как в васильковых глазах мелькнуло облегчение.
— Так доверься и сейчас.
Неумолимо сдаюсь, но всё еще пытаюсь брыкаться.
— Но если всё Митино неприкосновенно, то почему здесь?
— Потому что мы не забываем фактора под именем Фенрир. Для него заключенный договор ничего не значит, а здесь тебя, в случае опасности, прикроют.
— Сомневаюсь.
Хочу снова опустить голову, но Дима продолжает удерживать меня. Приходится снова и снова смотреть на его беснующиеся в глазах васильки. А я раньше и не обращала внимания насколько они затягивающие…
— Так да? Обещаешь?
Ну все, башня пала. Тяжеленный обреченный вздох.
— Обещаю.
— Вот и умница.
Его пальцы, наконец-то, оставляют мой подбородок. Ура, а то я уже чувствую подступающую орду мурашек.
— Откуда ты вообще их знаешь?
Удивительная и такая знакомая улыбка.
— Это долгая история, но они вроде как мне обязаны. А теперь отдают должок.
Открываю было рот, чтобы продолжить допрос, но тут на горизонте объявляется Стас. Каменное, ничего не выражающее лицо. Как обычно. Мистер Серьезность.
— Нам пора.
С ужасом смотрю на него.
— Вы уезжаете? Об этом договоренности не было. Нет, так не пойдет!
— Если мы останемся нянчиться с тобой, с мертвой точки точно не сдвинемся, — резонно заметил Стас. — Быстрее закончим, быстрее вернешься в Петербург.
Растерянно смотрю на его удаляющуюся спину. Чего это он такой злой?
— Он прав, — кивает Дима. — Приедем, когда появятся новости. Так что будь паинькой, Варвара-краса. И не с кем не ругайся. Я обещал, что ты будешь хорошо себя вести.
Дружелюбный щелчок по носу и вот я остаюсь одна посреди кишащего бессмертной нечистью поля. Даже не сбежишь, если что. Вокруг сплошной лес. Обреченно поглядываю на переговаривающуюся в стороне толпу.
Мда… боюсь даже представить, кто теперь меня окружает. Именно в такие минуты я действительно жалею, что не могу считывать чужие мороки. Пальцы всё ещё стискивают рукоять катара, готового в любую секунду кинуться на врагов.
Лезвие нетерпеливо вибрирует. Ничего не поделаешь, порой моё оружие ведет себя как живое, особенно в присутствии такого количества потенциальных жертв. Утихомирить его не могу, зато могу понять. Не мне одной тут некомфортно.
В мою сторону, порхающей бабочкой, летит эфемерная Ангелина. Глядишь, вот-вот оторвется от земли, но бюст третьего размера (а то и весь четвертый) работает как отличные буйки.