И люди, кажется, куда милей
И не видать их псевдо грезы
И души их всего белей
А высота зовет сознаться
Себе, что все ужасно тупо
И лучше сразу здесь признаться,
Что выгляжу я очень глупо.
***
Она лежит задрав колени
И приглашает сделать акт
Насилье вновь стучится в двери
Чтоб заключить постельный пакт
Где доминант мотает нервы
И без ножа он режет грубо
И падают стереотипы стервы
А сперма капает ей прям на губы
Она струится экзальтацией и болью
И хочет вновь вкусить пистон
Она довольствуется жертвы ролью
И хочет называть его Гастон
Ей нравится животное совокупленье,
Быть беззащитной, но живой
И поднимать усиленное возбужденье
Его звериною рукой.
***
Глухое утро, как стакан пустой
Твои руки на моем лице
Сводит небо тучами и мглой
Капает вода на крыльце
Кружится голова под тобой
Дальше сигарета, душ и путь домой…
Туда, где нет меня и снова смрад
Пустого одиночества и грешных строк
Слова по голове стучат, как град
А на столе опять пустой листок…
Нет чувств и нет умения любить
Есть рок и суть блуждающая рядом
Главное, тебе не навредить
Своим изысканным обрядом…
***
У парапета, на мокром асфальте
Встречаются люди и суки
Мелькают ещё обычные бляди
К которым давно не тянутся руки.
***
Скучающий город и его разбитые шрамы
Больные блудницы и их чахлые товары
Большие дяди с маленькими дарами
И пропитая любовь с унылыми словами
Блекнущий свет на пороге у дома
Старые руки вокруг бутылки рома
Кривой юмор и частички Содома
И вместо кровати – солома.
Воркующий голубь о высотах полета
Прижатая грусть социального болота
Отсутствие жизни и “любимая работа”
Господи, еще немного и откроется рвота…
***
О, как прекрасен дивный мир
Не тот, что Хаксли описал
Где, каждый день, как пир
Среди бродяг и выпивал
У жалких стен нагие женщины стоят
И под покровом милых чар
Соблазнительно манят
И падают, как овцы в пасть волчар
А на дворе кружится ветер
В погоне с птицами, навстречу солнцу
И озера воды отсвет едва заметен
Сквозь ветки елей и стекла оконца
Здесь люди обессилены, добры
И шутят очень просто, остроумно
Здесь нет агрессии и нет войны
И нет политики, – что очень умно.
И музыка всегда витает
В пустых мозгах, промеж извилин
Амур тут тоже пролетает
Без стрел и лука, с вазелином.
***
В простых условиях обычных истин
Встречается случайно ложь
Где необъятные реалии и их издержки
В мечты твои вставляют нож…
***
В другом измерении, возможно, все было бы иначе. Но в этом, я так же просыпаюсь и стараюсь заглушить свои мысли в голове. Я стараюсь забить свое время невыносимой легкостью бытия, – травой, алкоголем и ненасытным кутежом. Все стараюсь делать, лишь бы не слышать свой здравый рассудок и не окунаться очень глубоко в себя. Тут, на поверхности, так легко дышится, так просто и беззаботно живется. Ничтожность свою я подкрепляю осознанием отсутствия любви в себе. Наверное, поэтому я не способен создать что-то поистине высокое и божественное. Размеренность никуда не годится. Рано или поздно, в моменты отрезвления, может проскочить мысль о том, что в сущности происходит со мной, о людях, о жизни, в общем, о том, что уже тысячи лет несет в себе дурную славу пустоты и никчемности. Ежи Лец однажды дал хорошую подсказку, когда нужно начинать готовиться к изменениям, – “Когда я достиг самого дна, снизу постучали”. Мне остается только ждать этого загадочного стука снизу, и размышлять с какого же круга ада должны постучать… Сосед за окном уже доделал свой дом и привел в порядок сад и огород, где постоянно важно прохаживается черный кот. У реки на другом берегу дымят заводы, а я дымлю на своем маленьком островке мнимого спасения. На плотине снова пробки и не разберешься кто прав, а кто виноват. Серые лица прохожих продолжают сереть и сыреть от проблем и непогоды. Логично, что сейчас кто-то умирает и на его месте рождается кто-то новый. Главное, чтобы этот новый был и оставался человеком… Вот, это мой порок. Снова прорезаются и вылезают эти убогие и странные мысли. Значит, пора забить кровь очередной дозой и на время забыться…