– Обижаешь! – в шутку обиделась Алиса. – Противостояние индейцев и колонизаторов Америки.
– Да-да! Там герой – ну, один из героев, за кого нужно играть, – сын англичанина и местной женщины, индианки. И фишка в том, что отец у него – тамплиер, даже Магистр ордена тамплиеров. А сам он должен стать ассасином – и, получается, врагом отца. И…
– Какая трагичная история.
– Да, но мне не совсем нравится из-за вот этого банального хода. Ну, знаешь, когда герой – Избранный. – (Даниэль снова нахмурился; гладкий лоб прочертила озабоченная морщинка. Проклятье, да что же значат эти цифры и кресты?.. Его сложно читать, как таинственные старые письма в архивах). – Понятно, что там он Избранный сугубо благодаря происхождению, и никаких суперспособностей у него изначально нет. Но всё равно – могли бы вывернуть и поинтереснее.
– Ну, сюжет-то на чём-то надо основывать. И было бы странно, если бы они оставили такую тему без героя-полукровки. Колониальный дискурс, взаимодействие культур, все дела, – подумав, сказала Алиса. – Когда я в университете изучала литературу об американском фронтире – там что-то подобное было обязательно. Например, у того же Кутзее. Или у Купера.
– Купер, Купер… – (Откинувшись на спинку стула, Даниэль побарабанил пальцами по столу). – Что-то такое вроде помню. Философ?
– Нет, писатель. «Последний из могикан», «Зверобой»… Ну, книги про охотника Натти Бампо. – (Не увидев понимания в его взгляде, Алиса кашлянула). – Извини. Может, ты про какого-то другого Купера подумал – это же распространённая фамилия.
– Да, наверное, – нисколько не смутившись, кивнул Даниэль. Алисе нравилось, что он не стесняется своих скудных познаний в литературе; и вообще – что разница в их уровне образования не подавляет его, не мешает ему легко и непринуждённо вести в разговоре, как в танце. Редкое качество.
– Сюжет, конечно, важен, но мне в любом случае важнее сам процесс, – продолжал он. – Знаешь – бродить по миру, исследовать его, выполнять задания… Охотиться. – (Он хищно улыбнулся, подпирая кончиками пальцев изящный подбородок. И – хрипло, влажно закашлялся, смахивая влагу со лба. Точно заболевает). – Там очень «природная» часть, надо много ходить по лесам и охотиться. Мне в этой серии игр вообще прежде всего нравится, как воссоздан мир – изучать все эти детали, читать документы…
– Понимаю, это по-своему здорово. Сама я, конечно, больше люблю книги и фильмы, но плюс игр – элемент интерактивности. Когда ты сам участвуешь в процессе, – подхватила Алиса. – Помню, в детстве я обожала фэнтезийные игры – квесты, стратегии… Играла в целом немного, но кое-что помню до сих пор. Zanzarah, Neverend, Heroes of Might and Magic…
– О, Heroes – это просто любовь! – простонал Даниэль – так бархатно, что она стиснула зубы от неуместного тягучего жара где-то внутри. – Помню-помню – фракция Природы, фракция Порядка… У тебя какая часть любимая?
– Четвёртая. Ещё в третью и пятую играла, но самая любимая – четвёртая.
– Ну-у! – осуждающе протянул Даниэль и, смеясь, прицелился в неё «пистолетиком» из пальцев. – Бан тебе за такое, поняла? Все настоящие фанаты скажут, что третья – вне конкуренции!
– Может быть, но я начала играть с четвёртой. Это было запечатление, любовь с первого взгляда. Субъективная, – отшутилась она. – Как раз там атмосфера мне дико нравилась – музыка, города, леса все эти… Хотя графика, конечно, по меркам современных игр смешная. Я же старая – в моём детстве ещё не было игр, визуально похожих на фильмы.
– Это ты-то старая?! – (Даниэль пренебрежительно фыркнул, вскинув бровь). – Я играл даже в игры девяностых годов – я тогда вообще дед, получается?.. Но, в принципе, да, так и есть – я давно себя считаю дедом! Или, по крайней мере, во мне есть внутренний дед.
– Ты-то точно не похож на деда, – сказала она, жадно обводя взглядом его черты, его плечи, обтянутые грубой тканью пиджака, ключицы, трогательно торчащие из-под ворота рубашки. Трогательно – и дразняще-вкусно. Даниэль теперь сидел полубоком, забросив ногу на ногу, – и щурился, по-кошачьи изучая её.
– Я взрослее, чем кажусь.
– Не сомневаюсь.
– Почему?
Надо же, неподдельный интерес – и он впервые умолкает сразу после вопроса, не порываясь щебетать дальше. Ожидаемо. Интереснее всего ему слушать о самом себе. Алиса улыбнулась.
– Ты умеешь общаться, умеешь шутить, взвешенно рассуждаешь. У тебя явно есть опыт. Причём ты его не просто собрал, а полноценно пережил и осмыслил. С тобой интереснее, чем обычно бывает с парнями твоего возраста.