…Пробираясь через рыхлые сугробы, игнорируя непрерывное жужжание уведомлений, она дошла до круглосуточного магазинчика, где в любое время дня и ночи продавали алкоголь. Продавец – старый мигрант-азиат – по-свойски ей улыбнулся и сделал скидку на выдержанное Мерло. Вытягивая тёмное стекло бутылки из его смуглых скрюченных пальцев, Алиса зачем-то легонько оцарапала дряхлую кожу ногтем – и с удовольствием услышала, как у старика смущённо сбивается дыхание.
Сыр, оливки, копчёное мясо, виноград, пирожные – пухлые шарики, кокетливо обсыпанные кокосовой стружкой. Незатейливый пир вырос в её комнатке-студии привычно, как-то сам собой. Драматичная “Lilian” Depeche Mode сменялась в её наушниках на манерное мурлыканье Саймона Кёртиса, когда Даниэль написал, что подходит к её арке и скоро будет у входа в парадную.
Куда же подевались его растерянная беспомощность, незнание центра, «чичас потеряюсь»?.. Всё собранно, быстро и просто – как только в этом есть необходимость. Алиса улыбнулась, смакуя ягодно-древесный шлейф аромата Мерло – открыла бутылку заранее, чтобы оно подышало. Он явно умеет искусно лгать.
Как и все, кто способен всерьёз зацепить её.
– Блин, ну погодка, конечно, та ещё, мда-а… – через пару минут весело протянул Даниэль, обтряхивая от снега старые серые кроссовки. Алиса критически посмотрела на лужу, растекающуюся из-под его подошв по её идеально чистому бежевому полу.
– Да, метель. Но ты молодец, что героически дошёл.
– Да ты чего, я киборг! Какие метели мне страшны?! Я и сам своего рода пожилая метель! – (Он засмеялся, по-детски радуясь своей – видимо, коронной – шуточке, образованной по модели «Я своего рода пожилая + (любое существительное)». Обольстительно-готичное чёрное пальто сменилось вполне заурядной синей курткой, узкие чёрные джинсы – прямыми, застиранными до блёклости. Умостив куртку на вешалке, Даниэль остался в сером свитере крупной вязки. Так он почему-то казался ниже ростом, у́же в плечах – но режущая, тёмная красота никуда не делась. Пожалуй, так – без элегантного фона, оттеняющего его, – она даже проявилась ярче. Вопреки повседневности). – На обувь лучше не смотри, эти старики убитые в хлам, мне аж стыдно… Ну вот, таким я хожу на работу, например! Ущербно, да?
– Ничего ущербного. Обычная повседневная одежда, – уже не удивляясь его переживаниям на этот счёт, заверила Алиса. Нервные разноцветные глаза Даниэля уже жадно ощупывали комнату – и еду на столе. Не меня. Интересно. – И мне правда абсолютно всё равно, в чём ты. Я не преувеличиваю. Общаясь с человеком, я общаюсь с личностью. А одежда – это, конечно, тоже способ самовыражения, но…
– Но тебе в целом пофигу, да? Это заметно! – со странной улыбкой перебил Даниэль, без приглашения усаживаясь на диван.
– Звучит двусмысленно. Имеешь в виду, что я не умею одеваться? – поддела Алиса, разливая по бокалам багровое Мерло. Даниэль зашипел с весёлым кошачьим недовольством, придвинулся спиной к стене, упруго поджав под себя ноги, поправил чёлку. Почему его движения так завораживают – даже самые простые? Почему они совершенны, как тонко подобранные мазки на картине?
– Так, не надо только вот этих самопринижений, пожалуйста, а, леди Райт? У меня мать так про себя говорила, а потом умерла!
– Да-да, я помню. Твой чёрный юмор.
– Нет, ну серьёзно! – вскрикнул Даниэль – тонко, как чересчур чувствительная птица. Алиса заставила себя не пялиться на нежно-чёткие линии его скул и подбородка. – По тебе как раз видно, что у тебя есть вкус. По крайней мере, вещи ты подбирать умеешь. Я – нет. Но об этом я уже говорил сегодня вроде – заебал тебя, наверное… Ого, какие бокалы!
– Да. Ручная работа, полимерная глина. – (Она с нежностью провела по иссиня-чёрной спинке одного из драконов, чьи гладкие изящные тела оплетали золотистое стекло бокалов, как виноградные лозы. Глаз дракона – крошечный тёмно-жёлтый кристалл – сверкнул в свете лампы, когда длинные пальцы Даниэля сомкнулись на ножке бокала. Он закатал рукава, и теперь из-под них виднелись другие татуировки – помимо витых «браслетов» на запястьях и крестов на тыльной стороне ладоней. Край разлапистой чёрной паутины, ещё какие-то штрихи – и часть надписи A.C.A.B., которую Алиса помнила по его фотографиям. Что же всё это значит, как составить карту этих заповедных драконьих земель? И надо ли составлять?). – Их делали на заказ. Помню, я долго не решалась так потратиться на два бокала, а потом всё-таки решилась попросить их в подарок на день рождения…