Когда я прокрался в спальню к жене президента, она сморщила носик и сказала, что тоже хочет пива и уже не первый год, а дракон, заточивший её в башне, сам жрёт в три горла и совсем с бедняжкой не делится. «Нужно будет Васю попросить, чтобы принёс. И рыбы тоже. Хорошо, хоть он додумался, что пиво пить идём, а то так бы чужой чешуёй и занюхивали, а лещ-то был прозрачный какой», — думал я, засыпая.
14
В двадцать первом веке играть в багдадского халифа можно, не выходя за дверь. Есть соцсети и масса форумов, причём по всему миру. Заходи, регистрируйся и только успевай записывать. Тебе чё хошь в панамку напихают. Вряд ли, конечно, вчерашние мужики где-то чатятся, кроме «Крокодила», но официальное общественное мнение формируется всё же в интернете, хотя у меня и есть определённые сомнения по поводу умственных способностей его жителей. Зато доподлинно известно, что в редакциях новостных сайтов сидят такие же, поэтому современные летописи фиксируют не то, что происходит, а то, что об этом говорят все эти престарелые мыслители на заслуженном отдыхе, военные пенсионеры и пожизненные домохозяйки. Просто у них, в силу жизненного опыта и обилия свободного времени, лучше получается формулировать свои мысли, чем у всякой школоты, которая общается картинками. Однако разумная молодёжь в Сети тоже бывает, возьмём того же Кирилла. Кстати, где он?
Про особо значимых правителей постоянно говорят, что за них на встречи с избирателями и на всякие концерты ездят двойники. Эксперты проводят собственные расследования, приводят в доказательство фотографии мочек ушей, сравнивают уровень кустистости бровей на разных кадрах, в общем, все при деле. Славия — страна маленькая, народ друг друга знает, двойника без палева найти невозможно. Поэтому моё альтер эго существует только в интернете и зовут его Кирилл. Невзирая на юный возраст, он отлично копирует мою манеру изложения и, что самое главное, ухитряется оперировать теми же цитатами и выдержками из анекдотов, что и я.
До сих пор мне как-то не приходило в голову, что в соцсетях люди, в основном, просто гордятся тем, что числятся у меня в «друзьях» и объективной информации в обратной связи там не получишь. Тысячи пожеланий скорейшего выздоровления создают иллюзию народной любви, но не дают реальной картины жизни в стране.
— Давай-ка Кирюха по разным форумам пошаримся. Подбери для начала два-три сборища пикейных жилетов, посмотрим, как старичьё вроде меня на происходящее реагирует, если правильно вопросы задавать.
— «Данди — голова» — это оттуда? — осведомилось юное дарование.
— Я тобой горжусь! Нужно будет твоим родителям благодарственное письмо отправить. Ищем такие сообщества, где люди тусят уже не по одному десятку лет и постепенно внедряемся. Только учти, там новичков, обычно, не жалуют, поэтому не нужно сразу показывать, что мы хотя бы умные. Достаточно того, что просто не дураки. Наше мнение там никому и в пень не обогнулось, у них давно есть своё, к тому же коллективное.
— А зачем нам это мнение? Я, чтобы понимать, как себя вести, интересуюсь.
— Видишь ли, Кирюха, там, в основном, контингент лет от пятидесяти и выше. Это люди, у которых уже есть огромный жизненный опыт, но в силу исторических событий жизнь сложилась так себе. Сначала, в твоём примерно возрасте, им приходилось лет десять просто выживать, потом совсем немножко жить, а потом всё внимание уделять тому, чтобы не выжили их. Это они были той молодой, сука, и задорной силой, которая с радостью приняла капитализм и это именно их капитализм ткнул носом в то, что вместо рынка нужно идти на базар, понимаешь. Они ж молодые специалисты, у них идей и энергии полно, а жить нормально на те деньги, которые платили в науке, медицине и образовании, невозможно. Да и на заводах зарплату по нескольку месяцев задерживали. А бизнесменами, особенно удачливыми, становятся не все. В этом, видишь ли, суть капиталистического строя. На одного предпринимателя приходится несколько десятков наёмных работников. В общем, в жизни у них остались только мысли, как было бы хорошо, если бы… Мысли эти, конечно, настояны на литрах желчи, но рациональные зерна в них встречаются. А у нас есть это «если бы», то есть не то, чтобы неограниченные, но достаточно масштабные возможности. А вот с идеями туговато, потому что даже я, невзирая на то, что в два с лишним раза тебя старше, не имею такого опыта, как три-четыре десятка этих пожилых мудаков.
Матильда с Жанной обратились к докторам с вопросом, можно ли мне купаться на Крещение. Самое интересное — что я узнал об этом последним. Оказывается, и врачи, которые теперь пристально осматривали меня каждую неделю, согласились, и место в распорядке под это дело выделили, но почему-то не сочли нужным предупредить меня. Я узнал обо всём накануне, когда эти две мерзавки пришли с коньяком, сказали что-то про сочельник и, когда я был уже миролюбиво настроен, объявили, как бы между делом, что назавтра нужно будет окунуться. При этом сразу в один голос предупредили, что обижаться и ругаться в этот вечер нельзя, а то беду накликаю, причём с моей должностью — на всю страну сразу. Я им пообещал поругаться, когда праздник закончится. Но мозгами, даже слегка затуманенными алкоголем, понимал, что показать народу, насколько президент здоров, важнее, чем все неприятные ощущения, связанные с необходимостью лезть в прорубь в январе.