— Ва алейкум ассалям, господин президент, на всё воля Аллаха, а я лишь смиренный слуга Его, — ответил старик и склонил голову в зелёной чалме.
28
Мы приземлились где-то в пустыне. Там была взлётно-посадочная полоса, со стоящим на ней маленьким самолётиком, вышка диспетчера и уходящая в барханы дорога. Вокруг, куда хватало глаз, лежал песок, по крайней мере, больше я ничего в иллюминатор не увидел.
Замотанный в куфию принц поднялся к нам на борт. Поздоровавшись со всеми и слегка приобняв меня, он спросил:
— Что привело Вас, мой друг в наши пески? Я всегда рад Вас видеть, но вы, европейцы, иногда бываете слишком резкими в ваших действиях.
Дождавшись, пока муфтий переведёт, я в двух словах обрисовал ситуацию. Старик на какое-то время завис, посмотрел на меня, на Глинского, до последней секунды надеясь, что неверные шутят, и, осознав, наконец, что его не просто так вынули с вечерней молитвы, донёс наши слова до принца.
Тот несколько мгновений помолчал и поинтересовался, чем он может помочь в этой ситуации. Я ответил, что нам нужна не помощь, а содействие, потому что проще всего арестовать всех, вовлечённых в предстоящие безобразия, но здесь речь идёт о чьём-то желании сильно осложнить жизнь правоверных Славии и, поскольку в это вовлечена мусульманская молодёжь, зачинщики как-то связаны с исламскими организациями, то есть клин в наши дружеские и деловые отношения хотят вбить и какие-то мусульмане тоже, к тому же — из-за границы. А зная, насколько семья принца уважаема в исламском мире, я полагаю, что они либо не подумали о возможных последствиях для его бизнеса в Славии, либо настолько обнаглели, что не обращают на это внимания.
Наш собеседник снова ненадолго задумался, потом кивнул, сказал, что свяжется с нами в ближайшие дни, попрощался, запахнул край куфии и вышел в пустыню.
Уже в воздухе я спросил муфтия, не обижен ли он нашими действиями за последние сутки и понимает ли, что лично против него у нас ничего нет, но именно он главный сотрудник офиса Аллаха в Славии, а государство в моём лице обязано защищать своих граждан, независимо от их вероисповедания. И не лучше ли мне несколько злоупотребить властью сейчас, чем тушить его мечеть через месяц. Когда дед сказал, что вот вообще без претензий, я попросил его срочно вспомнить какой-нибудь мусульманский праздник или найти любой другой повод свести в одном месте как можно больше приверженцев ислама, чтобы я мог сказать им пару слов.
Бывший клуб коммунальщиков, переоборудованный под культурный центр, был забит людьми, пожелавшими усладить слух звучанием избранных сур из того самого древнего издания Корана, увидеть по возможности саму Книгу, ну и послушать, что скажет президент, шедший в нагрузку. Кому не хватило места в зале, стояли в коридорах и вестибюле.
— Ас-саляму алейкум, правоверные. Мы — люди Писания, Ахль аль-Китаб, по-вашему. И как Ислам предписывает оказывать гостеприимство и защиту людям Книги, так и наши законы требуют соблюдения прав всех религий и защиты граждан Славии любого вероисповедания. Но не только поэтому мы рады видеть вас на нашей земле. Истинные мусульмане — мирные, трудолюбивые и порядочные люди. Иметь таких соседей — Божье благословение. Ваша культура, ваши традиции отличаются от наших, но мы не заставляем каждого, кто хочет жить среди нас, отречься от своей веры. Мы лишь просим не забывать, что Славия — светское государство, построенное христианами и у нас есть право жить так, как мы привыкли, не подстраиваясь под приезжих. Поэтому, если кто-то хочет видеть вокруг себя то, от чего он уехал из своей страны, не лучше ли просто вернуться, — по залу прокатился ропот, — подумайте сами, поговорите между собой и дома с родными, действительно ли вам хочется жить в этой стране. А если решите, что да, я даю вам слово, защищать вас и ваши семьи наравне с остальными гражданами. Но и закон в Славии — один для всех, то есть, оставшись здесь, вы тем самым подтверждаете, что будете его соблюдать. Грядёт время больших искушений. Враг рода человеческого хочет поссорить людей разной веры и залить кровью наши улицы. Пусть каждый прислушается к своему сердцу и тому, что нам заповедано нашими пророками, убережётся сам и убережёт ближних. Ма Ассаляма.
На следующий день позвонил принц и попросил о встрече, договорились, что его самолёт прилетит на тот аэродром, который получился возле нашего общего НПЗ. Он также сказал, что переводчика обеспечит и попросил привезти на эту встречу Иванова, что требовало соблюдения совсем уже запредельного уровня секретности. Но мы как-то справились. Российский шпион был на перекладных доставлен на маленькое частное лётное поле, откуда мы вылетели к какому-то старому аэродрому сельхозавиации, где нас подхватил вертолёт, приземлившийся километрах в десяти от места встречи, куда мы доехали уже на машине с Асланом за рулём.