– Чтобы в голову пришла такая мысль, нужно обладать чуть большим набором знаний, и опытом, чем эти, как Вы говорите, балбесы. Меня, например, она тоже не посещала, хотя я – лицо заинтересованное.
– Значит, так: с завтрашнего дня все трое не снимаете жилеты скрытого ношения. Получите утром. Матильду пришлю, чтобы успели подогнать одежду, если понадобится. Аслан, ты броневик этот освоил?
– Чижолый, как моя жызынь.
– Зато в нём она может стать немного длиннее.
Утром мы пошли на примерку, где выслушали от рыжей много нового о нас, о Егорыче, об уродах, которые, вместо делом заниматься, на президентов охотятся. После чего она грязно выругалась. Дольше всего возились со мной, потому что освещение постоянно выхватывало лишние детали. В конце концов решили, что на церемонии я буду без жилета, а потом меня сразу в него засунут.
Наступило десятое января. Я в повязанном с тщательной небрежностью галстуке прошёл пустым коридором мимо орлов почётного караула и вошёл в церемониальный зал Стóлицкого Замка, где на специальном пюпитре лежало подарочное издание славской Конституции. Положив на него руку, прочитал вслух текст присяги президента, после чего глава магистрата Стóлицы и председатель Народного Собрания надели на меня цепь. Я же в это время думал о том, что если даже забыть о Лукоморье, то на цепь всё равно лучше сажать министра внутренних дел и сразу же ставить рядом будку и миску.
Не знаю, сколько весит шапка Мономаха, но в этой цепи килограмма два. Не то, чтобы она придавила меня к полу, но к концу церемонии пару синяков я точно заработаю. Потом меня благословил митрополит, потом я сказал речь, в которой позвал граждан Славии за собой в светлое настоящее, поблагодарил народ за оказанное доверие, сказал, что несмотря на наличие людей, проголосовавших против, хочу быть президентом всех славцев и в конце добавил, что больше на разговоры времени нет, нужно идти работать. Согласно церемонии, выходить из зала новый президент должен по ковровой дорожке мимо выстроившихся по обе стороны лучших людей страны и иностранных гостей. Я пошёл в указанном направлении и вдруг увидел среди министров и губернаторов своих родителей. Потом-то я, конечно о чём-то подумал, но мысли привели к тому же: «Какого хера? Кто меня здесь сможет упрекнуть в нарушении правил?» А тогда я просто подошёл к ним и обнял.
– Как вы тут оказались?
– Ну в армию-то мы к тебе на присягу приезжали, что ж теперь было не приехать-то.
Отец пожал мне руку и похлопал по плечу. Мама достала платок и начала промакивать глаза. Я вывел их на проход, взял за руки и прошёл оставшиеся метров десять вместе с ними.
39.
В свой новый кабинет я впервые вошёл вместе с родителями. Обнаружил в углу шкаф, подумал, что берету на нём самое место. Сел на стол, огляделся. В общем, прибрать за прошлым хозяином успели. Вошёл Егорыч. Он сказал, что настаивает на возвращении бати с мамой на Кипр до окончания парламентских выборов и просит отнестись к этому с пониманием, поэтому сегодня они переночуют у нас, в гостевых покоях Замка, а утром тот же самолёт отвезёт их обратно. Сейчас же мне необходимо принимать гостей, я и так всю церемонию похерил.
И снова лучшие люди и иностранные гости. Сначала делегация магистрата Стóлицы. У них преимущество, потому что где-то в архивах раскопали старинное, подтверждённое местными князьями право на признание городом носителя высшей власти. Типа я тут у них в гостях и на их территории. Потом духовенство, причём сразу всех конфессий, потом главы комитетов Народного Собрания, ведомые председателем. Зачем, интересно, если через три месяца выборы? Надеются переизбраться? Теперь – губернаторы. Тут мне вообще непонятно, на кой люди время тратят, им дела сдавать через неделю. Кабинет министров. Ну этим ещё недели две. Генералитет. С этими позже будем разбираться. И, наконец, послы во главе с дуайеном. Ага, американский присутствует.