Закончив с уборкой темнушки, которая, как оказалась, проживанию не подлежит, Матвей решил прочистить кисточкой тетрадку на всякий случай. Васнецов любил рассматривать старые безделушки, перебирать их и прикидывать насколько они старые. Ему бы с такими данными идти в археологию, но нет. Это было лишь частью его хобби, которое он не хотел превращать в рутинную работу. И даже девиз «высокооплачиваемое хобби» не действовал на него.
Обедали они пресным «Ролтоном», приправленным салатом. Так как Матвей оказался «не годен» по причине гастрита, то Катя научилась делать салаты под чутким руководством матери. Это единственное, что удавалось ей в готовке. Ну, ещё картошка «Ролтон». Салаты помогали Матвею, да и поддерживали здоровое тело. Ему нравилось, когда Катерина их готовила.
Вскоре, после наведения уборки и разложения вещей, брат и сестра собрались сходить за покупками, как в их новеньком, недавно купленном ноутбуке, раздался сигнал, оповещающий о приходе сообщения. Ноутбук был куплен всей семьёй, чтобы Васнецовы могли делать различные рефераты и курсовые, узнать новую информацию. Это был их подарок перед первым сентября. И очень ценный.
Васнецова-старшая кинулась к технике, открывая её. Матвей неторопливо направился за ней, пытаясь скрыть страх и волнение, но покашливания его выдавали, из-за чего сестрёнка сморщила свой носик. Но даже эти сморщивания не смогли скрыть её радость и детский восторг на лице.
- Смотри, это же объявление: в каких кабинетах, у каких курсов будут проходить собрания, – её пальцы забегали по клавиатуре, выискивая свой курс. Катерина поступила на переводчика, так как это было её увлечение и основным промыслом. Она считала, что работа должна быть приятной. – О, мой курс будет в аудитории бэ -триста сорок пятой. – Та взглянула на брата, словно вспоминая, что он есть. – Точно. Твой ку-урс в девятом блоке, в аудитории джи - двенадцатой. Круто.
Матвей снова нервно закашлял. Крутостью сильно не пахло, несмотря на то, что девятый считался самым классным во всём университете. Васнецова сильно пугала огромная толпа. Это не школа, где всего двадцать пять человек, а большая группа, которая ещё делится на подгруппы. Ему итак было тяжело находить со своими одноклассниками общий язык. А в университете будут различные слои общества подростков. От «крутышей» до аутсайдеров. И кем он станет, зависит только от него.
- Не охота туда идти. Стадо гиен поджидает нас. – Загадочно произнёс он, глядя на нахмуренное лицо сестры. Катя вздохнула, поняв причину его встревоженности, но утешать не стала. Она этого не умела, и была, как говорят все «грубой девушкой».
Их взоры переключились на тетрадку, которая чистенькая лежала на столе. Девушка взяла её в руки, и заглянув в конец, прочитала ту запись, которая встревожила её брата. На непропорциональном личике выразилась гамма чувств: удивление, жалость, а затем понимание.
- Тут всё понятно. – Деловым тоном заявила Катерина, отложив тетрадь в сторону, потеряв к ней всякий интерес. – Судя по почерку, это девушка. А раз, это девушка, то скорей всего, она вела дневник, который посвящён либо её любимому, либо тому, как она несчастна, что её никто не принимает. Забудь об этом. Читать эти девичьи сопли не стоит. Только нервную систему себе расшатаешь.
-Ну, а вдруг там что-то…
- Ничего там нет. – Васнецова-старшая закрыла ноутбук и, схватив брата за руку, повела к выходу. – Девичьи сопли, не интересны для прочтения. И запомни. – Она повернулась к нему, и в этот момент, ему показалось, что сестра сейчас его обнимет, как это было в детстве. Но нет. Катерина лишь пронзительно смотрела брату в глаза, что говорило о серьёзности её речи. – Завтра у нас всё будет хорошо. Ты и я подружимся со своими группами и проведём отличный день. А затем отпразднуем его, как следует. Обещаю.
Матвей лишь шумно вздохнул. А затем кивнул, соглашаясь с сестрой.
Дверь со скрипом захлопнулась.
«Стадо гиен, готовых наброситься за малейшую ошибку. Ужасно. Я верю, что мы можем исправиться. Но пока… не стремимся»
Глава вторая
Осень вступила в свои права, напустив холодного ветра с утра; но лето не спешило так быстро покидать чужие пределы, и ко всему прочему, светило яркое солнце. Но на территории университета царила прохладная тень, ведь постройка полностью перекрывала свет.
Студенты, старшие и младшие курсы, столпились возле входа, сверкая гаджетами. Санитары недовольно смотрели на них через дверь, придерживая строптивых к нежданному открытию.