– Папа, папа, пожалуйста, не оставляй меня. Пожалуйста.
Я подошла и обняла Тимура. Я не знала, чем я могу ему помочь.
Через несколько минут приехала скорая помощь, и мы все вместе поехали в больницу.
Михаила сразу забрали на операцию. Тимур стоял побледневший и за все время, он не проронил ни слова. К нему подошёл Денис и обнял его:
– Ты не виноват. Я сам виноват. Это же я предложил взять пистолет. Я просто испугался сам стрелять, а ты нет.
– Откуда, у вас вообще пистолет? Зачем вы его взяли? – спросила я.
– Мы испугались, что они просто так не отдадут отца, поэтому решили подстраховаться.
«Во всем была виновата я. Из-за моего глупого плана отец Тимура и Дениса находится на грани смерти. Если с ним, что-то случится, я себе этого никогда не прощу!» – я сама не знала, как прийти в себя.
Но я не должна была подавать вида, мне нужно было поддержать ребят. Тем более врачи уже вызвали полицию, перед которой нам ещё нужно было объясняться.
Ребята рассказали полиции, как всё было. До полного выяснения обстоятельств оставалось поговорить только с пострадавшим, который всё это время был на операции.
Я позвонила папе, сообщив ему, что нахожусь в больнице и вряд ли сегодня ночью буду дома.
Ребята уснули. А я не могла найти себя места. Я ходила туда-сюда. Про себя я обращалась к небу:
– Пожалуйста, я знаю, что ты забираешь только самых лучших. И маму ты у меня уже забрал. Но сейчас я больше всего на свете прошу тебя за Тимура. Не причиняй ему боль, я так его люблю! Я так хочу, чтобы он был счастлив, а не винил себя всё оставшуюся жизнь. Он не переживёт того, если ты ещё заберёшь у него и папу. Ты же его друга забрал. Он никогда себе этого не простит. А я не прощу себя никогда. И тебя. Я прошу тебя, прошу.
Мои мысли прервал врач, который вышел из операционной и подошёл ко мне:
– Как всё прошло?
– Не переживайте, всё хорошо. Рана не глубокая, было задето плечо. Просто мужчина уже в возрасте, поэтому любая потеря крови воспринимается им тяжело. Но всё позади. Вы вовремя обратились в больницу и вовремя остановили кровь.
– Ему может, требуется переливание?
– Пока, нет. Если понадобится, я сообщу. Тем более, я так понял это два его сына. Значит, с кровью вряд ли будут проблемы. У детей чаще всего кровь отцов.
– Спасибо вам. Когда к нему можно?
– Лучше утром, пусть он поспит и придёт в себя.
– Спасибо, – произнесла я вслух и посмотрела на тёмное-тёмное небо.
Я пристроилась рядом с ребятами и тоже уснула. Когда я проснулась, ребят уже не было, они были в палате у Михаила.
Когда они вышли из палаты, я увидела улыбки на их лицах. Это меня очень обрадовало.
– Лина, папа хочет с тобой поговорить, – произнес Тимур.
– Со мной? – удивилась я. – Хорошо, сейчас я к нему зайду.
– Михаил, как вы? Простите, что всё так вышло. Я не знала, что они задумают взять пистолет.
– Лина, спасибо. Спасибо тебе.
– Но, вы пострадали, вы даже могли умереть. Это всё из-за моего глупого плана.
– Тимур назвал меня отцом, первый раз в жизни он назвал меня папой и обнял. Они с Денисом стали общаться. Поверь, это много стоит. И это малая часть того, что я мог отдать, чтобы всё это получить. Я счастлив, очень счастлив.
– Я очень рада, что всё так благополучно закончилось. А, как же Аркадий? Как полиция.
– С полицией я всё уладил, они закроют это дело. А, Аркадий убежал. И лучше ему не появляться мне на глаза.
Я смотрела на Михаила и не узнавала его. Это уже не огромная гора льда, это совершенно открытый и счастливый человек. То, что Тимур смог его наконец-то простить, растопило его сердце и вернуло его к настоящей жизни.
– Лина, ты знаешь у тебя такие красивые глаза, но в тоже время они такие грустные. Я это заметил ещё на нашей с тобой встрече.
– Просто я уже давно поняла, как жизнь бывает несправедлива.
– А я вот это понял совсем недавно. Лина, ты видела меня первый раз в жизни, а так чётко описала все мои ошибки жизни, так сразу смогла достучаться до моего сердца. Ты знаешь, я раньше жил, как будто проигрывал какую-ту игру, зная, что у меня будет несколько жизней. И я ещё всё успею поменять, исправить. Относился ко всему, прости меня за мой сленг, с таким «пофигизмом», с мыслями: "А, ничего прорвусь". В итоге понял, что в моей жизни никто меня и не любит. Всем от меня нужны только мои деньги. Жена круглогодично где-то ездит, тратит мои деньги. И не то, чтобы узнать, как я, как моё здоровье, она даже про сына ничего не спрашивает. Сын тоже постоянно в своих заботах и делах, обо мне вспоминает только, когда что-то нужно. А другой сын ненавидит меня, за то, что я не был с ним рядом в нужные для него моменты. И спрашивается, кто в этом виноват?! Что, все такие плохие люди меня окружают. А, нет, Лина, нет. В этом во всём виноват только я сам. Когда нужно было уделять внимание жене, я откупался от неё деньгами, мне было проще, чтобы она куда-то уехала и не мешала мне заниматься моими делами. С сыном так же, все детство он просил меня, банально, сходить с ним на рыбалку. Я ведь за всё свою жизнь ни разу не водил Дениса на рыбалку, и на велосипеде я не мог его научить кататься. Мне всегда было некогда. И я тоже стал откупаться от него деньгами. Сначала, это не срабатывало, а потом и Денис привык к этому. А Тимур не такой, ему не нужны были мои деньги. Потому что он воспитывался по-другому, потому что он знает, что такое семья. А я дожил до стольких лет и не знаю, что такое семья. Да и о Тимуре я вспомнил слишком поздно. Я только последнее время стал задумываться о своей жизни и то, наверное, потому, что стал понимать, что у меня не будет больше попыток её переиграть. А после всей вчерашней ситуации, я будто заново родился, переосмыслил своё поведение и свои новые ценности. И теперь я всю свою оставшуюся жизнь буду жить по-другому, всё с чистого листа. Денис тоже за последнее время очень изменился. Я думаю, всему виной этому тоже ты?