— Не задерживаем, — распалилась Анна.
Мать ее причитала:
— На колоде бабы только и галдят про убийство. Говорят, люди видели, как Женька на сторожа напал.
— Кто видел? — спокойно спросил Вершигородцев. — Назовите, кто видел?
— А что это вы за него заступаетесь? Ишь, «батя»! — Иногда Женька называл так капитана.
— Ну ладно, один вопрос. Когда Евгений пришел вчера с работы?
— Темнеть стало. Часов в десять, может, одиннадцать. Переоделся и ушел из дому.
— И тебе ничего не сказал?
— Меня не было дома. К подруге ходила. Мама, дай закурить.
Мать и дочь курили.
— Рано, рано… — не спеша произнес Вершигородцев.
— Не говорите загадками. Что рано?
— Из дому убегаешь. Месяца три как поженились, — холодно сказал оперуполномоченный и встретился взглядом с колкими и упрямыми глазами молодой женщины. — Вы его к матери, в Донбасс, за три месяца хоть разок отправили? Нет! А тебе и самой не грех было бы познакомиться с мамашей супруга.
— Мне там нечего делать.
— Ее бы к себе пригласили.
— Была нужда. Выродила убийцу, а мы на нее будем любоваться. И потом, что вы нас пришли обвинять? При чем тут мы? Где он, мы не знаем. Находите и судите. Нас не трогайте.
Вершигородцев вдруг увидел в окно бывшего одноклассника дочери, курсанта военного училища Игоря Власенко. Он стоял у калитки двора Витюгиных.
— У, какой сюрприз. К тебе? — спросил Павел Иванович у Анны. — Новый кавалер?! Конечно, зачем тебе дожидаться с работы мужа… Вчера с ним была?
— У вас не спросила.
— Зови в квартиру жениха. — Капитан открыл окно и крикнул:
— Игорь, заходи!
Глаза Анны сверкнули:
— Не командуйте.
— Нет уж, все выясним. — А когда вошел Власенко, капитан сказал:
— Тебе что, девчат мало? Анна — замужняя женщина!
Власенко растерялся. Поднял плечи.
— Она другое говорила. А девчат хватает.
— Да у самого сыщика три девки. Иди, выбирай любую, — крикнула Анна.
Старший оперуполномоченный взял за локоть Власенко и показал глазами на дверь. Оба вышли на улицу.
— Врала она мне, товарищ капитан. Говорила, что не замужем. Я-то ее знаю еще по школе, мы в десятом классе с ней встречались. А вчера в парке до часу ночи с ней гуляли. Какой-то парень искал ее вечером. Говорила, что не может от него отвязаться. Заставляла меня прятаться за деревьями.
— Скорее всего, это был ее муж, Коровин. Пришел с работы домой в одиннадцать. Помылся, перекусил. Анны нет. Переоделся, пошел искать. Да, дела… Было бы все ничего, да этой ночью сторожа убили. А тут сам Коровин как сквозь землю провалился. Ну, ладно, будь здоров, Игорь. От Витюгиной держись подальше, советую.
— Все, отрубил. Я же не знал… Ну и артистка!.. Неужели этот Коровин замешан в убийстве?
— Поживем — увидим. Всего доброго, Игорь. Отдыхай. Отпуск долгий?
— Месяц. Недели уже нет. До свиданья, товарищ капитан!
9
Находился Вершигородцев с раннего утра. Ноги гудели. Но, оказавшись в парке, зеленом уголке Цавли, он решил пройти его из конца в конец. Отдохнуть, подумать. По пути разбудил незнакомого мужчину, спавшего на траве. Проверил документы. Сделал нужную пометку в разбухшем от записей блокноте и не спеша подошел к пригорку. Здесь кончался парк. Чуть дальше серпом вытянулся песчаный берег реки. От воды отслаивался редкий туман, сизый, как дымок от папиросы.
«Куда теперь пойдем, товарищ капитан? — мысленно спросил себя старший оперуполномоченный. — Заглянем к новому подшефному Хайкину. Не наделал бы этот бед».
Вершигородцев покинул парк, вышел на улицу Калинина, свернул в Лесной переулок, в дом Николая Хайкина, трижды судимого за хулиганство и кражи. Полгода как прибыл тот в поселок и женился на женщине-одиночке с кучей детей.
— День вам добрый, труженики. Все дома? — спросил капитан, переступив порог. Его сразу же окружили сопливые ребятишки. Он дал им по конфете. Жена Николая, худенькая, но боевая женщина, насторожилась:
— Николай чего натворил?
Ее мать, старушка доброго нрава, сразу Павлу Ивановичу кружку квасу:
— Отведай, сынок, поспел к твоему приходу.
— Выпью, бабуся, жажда мучает. А с Николаем все в порядке, Надежда Марковна. Где он сам?
— Да вон, окаянный, — показала ухватом в окно молодая женщина, — с четырех идет на завод. Во вторую смену. Ну, что тебе? — крикнула Надежда Марковна в окно мужу.
— Сгони кур, огурцы пожрали, — ответил через форточку Николай и, увидев капитана, воскликнул: — Милиция в доме! Почтение Павлу Ивановичу. Так что, Надь, с курами делать?
— Спрячь ты их себе за пазуху, непутевый. Шугни с огорода, видишь, к тебе человек пришел. Так как, Павел Иванович, ни в чем этот баламут не замешан? А то я его враз…