В отчёте это есть, дознаватель! И меня достало талдычить: я — не Он!
Вы не разу не привели ничего, Терентий, кроме утверждения, прошу прощения. А если вы забыли?
Даже если так. Предположим. Что меняется? Я так же не Он, как и если бы им не был!
То есть, это всё-таки Вы!
Ой всё…
[конец вставки]
Так вот, капеллан пренебрёг указаниями Терентия. А Святой пообещал стукнуть капеллана, если тот ослушается. И стукнул, легонько, даже не в половину, в десятую часть своих сил, в глаз.
Полчаса после этого Терентий, насколько я понимаю, удерживал глупую душу экклезиарха от отлёта в эмпиреи, а мы с наставницей восстанавливали тело, получившие множественные и совершенно необъяснимые лёгким ударом повреждения. И то, не вылечили до конца, хотя усилий приложили очень много.
Но капеллан всё равно долечивался почти две недели у хирургеонов, тогда как духовное окормление на Милосердии взяли на себя его заместители.
А ещё, сорок дней с момента удара под глазом экклезиарха сияло святым светом место, куда Терентий нанёс наставляющий удар.
Так что пинок Святого, а тем более два — никак не «лёгкое наказание». Даже благодетельный (хотя, не слишком крепкий разумом: ну не будет разумный ослушиваться Святого Инквизитора!) капеллан почти умер. А аналитики, явно менее праведные, могли и сгореть в Святом Огне за грехи свои.
— В общем, рукосуи и раздолбаи. И я не лучше, — совершенно безосновательно заявил Святой. — Пират нападает ради прибыли, варп подери! Предатели в Империуме есть, но их немного. А главное: они ни варпа не знают, где добыча. Так что торговый маршрут с безлюдными участками, где суда вынуждены покидать варп из-за навигации либо по торговой надобности — естественные точки. Даже если их дюжина, — кивнул Терентий Корину.
Совещание закончилось, мы занялись своими каждодневными делами. А через месяц после отбытия Милосердия от Порта-Пасти и через две недели после прибытия в систему-финиш нашего пути (довольно богатой планеты, которую регулярно посещали торговцы), реальность подтвердила предположения.
Из имматериума, совершенно нечестивым образом, не замедляя разгонной траектории, вышел искорёженный погаными ксеносами Голиаф. Фиолетово-голубой, пятнистый, вызывающий даже на пикте желание разорвать его когтями!
В момент его появления астропатический фон системы буквально взорвался противной мыслеречью орка. По-моему, его слышали даже не пси-активные люди!
— Гаварит и паказывает… что за херня?! Хатя да, пакажу вам, юдишки, свою мщу! Да, на тарговце! Глушите двигла, открывайте трюмы! Я вас изволю грабить. Я, кпитан Шизоум, самый удачливый карсар! Трипищайте, юдишки, и сдавайте давайте. Время дарагое, а будите шибуршать — пастукаем! А то у миня предчувствие… — дополнил ксенос, явно не предназначенное для астропатической передачи.
И в этот момент психическое пространство взорвалось гудением хорала, на фоне которого прогрохотал голос-мысль Терентия:
— Шизоум, привет, гриб поганый.
— Ой, бля! Это ж грыбник! Валим, бойзы!!!
— Я предупреждал вас, орки: не поминайте это мое прозвище всуе! Тоби пиздец, Шизоум! — обратил к орку его же глумливое послание.
И начался бой пространстве. Я, хотя и не знала много, но училась. И как-то то, что происходило — на бой не походило совсем. Ксеносы не атаковали, а убегали, причём насколько я могла почувствовать, и Кристина, и Терентий препятствовали Шизоуму выдернуть корабль в варп.
При этом Милосердие вело непрерывный огонь из плазменных орудий, но ни разу не попало! И преступная небрежность мастера-артиллериста и наводчиков тут ни при чём. Захваченное орками судно исчезало, делало микропрыжки, переход через варп, чему Терентий и Кристина при всех их силах помешать не могли. Кроме того, прыгал корабль не наугад, а именно уходя от попаданий.
— Варповщина, Франциск, — озвучил через четверть часа боя Терентий. — Мы скоро не сможем удерживать этого поганца. Силён, гад, но не понимаю, откуда он черпает силы, варп подери!
— Не знаю, что делать, Терентий, — прикусил ус и растерянно ответил капитан. — Это, как вы изволили сообщить — варповщина! Мы ни разу не задели их даже по касательной! Про таран или абордаж смешно говорить! Не знаю, что делать, Терентий. Разве что вести огонь в расчёте на ошибку.
— Варп он ошибётся, Франциск. Это скотина живучая и за жизнь цепляющаяся. Так, нужен микропрыжок, — решил он.
— Это…
— Знаю, капитан. Опасно и хреново. Но мы или высадимся на этого поганца, или через полчаса мы его не сможем удержать, и он просто сбежит! — прогремел голос Терентия. — Роберт, Эльдинг, готовность абордажных групп?! — проревел Святой воксом.