— Точно так, — согласился я. — И то же самое с электроконтуром Милосердия. Сама замена варп-двигателя займёт не более семи дней, как вы точно отметили, но вот проверка и устранение мелких поломок…
— Сколько, Франциск? — слегка улыбнулся Терентий. — И, кстати, корабельные когитаторы и сервиторы. Их тоже нужно полностью проверить, если не сделали.
— Ваша правда, Терентий, — задумался я.
Действительно, в обычном состоянии или после боя техники и механикусы поддерживают работоспособность когитаторов различных уровней, а также рабочих и боевых сервиторов. Но вот после пережитого нами… и вправду не помешает тотальная проверка на верфи и возможная замена, при нужде.
— Франциииск, — протянул Терентий через минуту моих раздумий.
— Да, господин Инквизитор?
— Я вам вопрос задал, вообще-то. И ответ очень жду. Кстати, с учётом вводных по когитаторам и сервиторам. Примерный, как понятно — меня интересует порядок.
— Порядок, — задумался я. — Если шестерёнки Демиос Бинари будут также расположены и активны…
— Будут-будут, — улыбнулся господин Инквизитор.
— Тогда не более двух месяцев, Терентий, — прикинул я сроки с запасом.
— Хм, не так уж и долго. А с учётом варповой жопы, в которой мы побывали — вообще чудо.
— Ваше чудо, Терентий. И Императора, конечно, — дополнил я.
— Ну да, куда же без него. Без него как без рук, — произнёс Инквизитор.
А мне пришлось гасить мысли о том, что произнесено это с изрядной долей иронии. Потому что не мне судить, да и нерелигиозность Терентия, противоречащая объективной реальности…
Впрочем, варп с этим. При всём при том Терентий — хороший человек и прекрасный Инквизитор. Что большая редкость, уж кто-кто, а семейство Боррини, не первое тысячелетие водящее корабли Ордена, прекрасно это знает.
И вообще мне варповски повезло с этим Святым Инквизитором. Начиная с того, что я получил под командование огромное судно, что просто не могло произойти без его вмешательства. И служба ему хоть и опасна, но очень интересна. И участвовал я в таких делах, что про капитана Франциска Боррини сложат легенды! Даже жаль немного, что они будут ограниченны Флотом Инквизиции, но даже это — немало.
И Терентий был прав — уровень содействия и добросовестности местных шестерёнок был отрадно высок. Разве что первое время у Эльдинга был аврал — артизан занимался как когортой скитариев, в плане ремонта и замены сбоящих частей, так и работал над добором их. И, вдобавок, консультировал меня, поскольку пусть я, как капитан, неплохо разбирался в технике, но с высокопоставленным техножрецом, конечно, не сравнюсь.
Терентий же, насколько я понимаю, отдыхал. Часто давал концерты и, наконец-то утрачивал свою «особую» улыбку. Последняя была признаком того, что господина Инквизитора, как он выражался, «в варп достали!»
И последствия для окружающих этого были… справедливыми, но жестокими. Да и под руку Терентию лучше было не попадаться в такие моменты.
[вставка в запись]
Кристина, что за варповщина?! Я что, издевался над аколитами?
Вы — самый лучший, Терентий.
Ясно-понятно. Значит, заслужили.
Именно, Терентий.
Будь любезна мне не поддакивать, Кристина.
По слову вашему, Терентий.
[продолжение записи]
В общем, ничего не предвещало… не совсем беды. В своё время господин Инквизитор вполне резонно сообщил аколитам: что-то, что считается прочими людьми неприятностями и неудачей, для Инквизитора — норма. И для его окружения — также. Нельзя сказать, чтобы я это не понимал, но то ли не составил себе труда сформулировать, то ли обдумать.
Так вот, не беда для Инквизитора, а беда для людей. И работа, инквизиторское расследование началось на орбите Мира-Кузни Демиос Бинари.
И ничего действительно не предвещало беду, как вдруг c ожидающего на синхронной с нами орбите торгового одноклассника Милосердия поступил сигнал о помощи, о чём меня незамедлительно уведомили операторы.
Вообще, с крейсером класса «Амбиция» вышло довольно печально. Корабль, изначально придуманный торговцем и для торговцев, был на удивление хорош. И, по сути, являлся тяжёлым крейсером по тоннажу. При этом, классифицировался как крейсер обычный — из-за слабой брони и вооружения.
Но запас площадей Амбиции позволял сделать из этой, прямо скажем, заготовки боевого корабля — карающий стилет, вполне соответствующий рассказанной Терентием истории о клинке для быстрого добивания противника.