Работаем вместе две недели, и он уезжает. Отрабатывал две недели перед увольнением! Звоню МММ, он успокаивает, ко мне уже едет другой инженер. Приезжает красавец мужчина, культурист Толя Дырда. Наученный горьким опытом, спрашиваю, не идёт — ли в отпуск?
— Нет.
Не увольняется — ли.
— Нет. Я месяц как устроился на работу!?
Звоню МММ и уже излагаю всё, что я думаю о ситуации. МММ успокаивает, ко мне едут. Ну и приехали. Один за другим приехали Миша Сороколетов, Леонид Иванович Балашов, Саша Васильев вместе с Терезой Прано, Джозеф Скляр, Саша Нюберг и ещё пять человек. В общем, что не фамилия, то целая история. Джозеф Скляр. Как-то в конторе я мимоходом услышал это имя в своеобразном контексте. Смотрю, идёт к подстанции длинная фигура в ботинках с галошами, подвязанными
верёвочкой, за плечами рюкзак, а из кармана торчит бутылка с молоком, заткнутая бумажной пробкой. Вспомнил разговор, портрет был описан точно. Это Джозеф Скляр. Поселились мы с ним в одном номере. Каждый вечер он стоял на голове, надеялся, что вырастут волосы на его голом черепе. Каждый вечер он бросал одно из двух выдаваемых нам полотенец под кровать. Объяснял, что лицо у него такое же чистое, как и ноги, и ему достаточно одного полотенца. А непонятливая уборщица днём доставала полотенце из-под кровати. Джозеф умница, первоклассный специалист и прекрасный товарищ. Рассказ о том, как он дома ловил мышей, Толя Дырда изобразил на бумаге в ночь, когда мы ждали включение подстанции. Длинный Джозеф в трусах ночью на коленках перед дыркой в стене, в одной руке вилка с сосиской для мышки, в другой наготове фонарь. Слава Глинёв не захотел жить в гостинице в Тамбове, а поселился в деревне рядом с подстанцией у какой-то бабули. Накануне выходного дня предупредил, что поедет в Тамбов. Время идёт, через полчаса уезжаем, говорю Славе, иди домой переодевайся.
— Успею.
За пять минут до отъезда ушёл. Вернулся в белой рубашке, надетой поверх рабочей. Его Толя Дырда так и нарисовал — здоровенный, небритый, в белой рубашке Слава тащит на себе ячейку КРУ. Саша Нюберг. В это время шли розыгрыши лотереи, и Саша погрузился в этот процесс с головой. У него была огромная тетрадь, в 10 которой он разрабатывал теории выигрышей. Я свёл его с моим бывшим коллегой кандидатом наук из НИЦ Бескудниково, и тот рассказал, что Саша, не имея понятия о высшей математике, сам вывел некоторые известные теории. Увлечение это продолжалось до тех пор, пока существовала лотерея. Насколько я знаю, Саша денег не заработал в этой игре.
Закончилась работа на ПС Котовская драматически. Наутро после включения зашёл в лабораторию начальник релейной службы Иноземцев Валера, поздравил нас с включением и выставил на стол пару бутылок водки. Стол был колченогий, бутылки скатились на бетонный пол и разбились. Печально. Окончание работы решили отметить. Саша Васильев с грустью в глазах отказывается. Тереза против. В чём дело, Тереза? С неповторимым прибалтийским акцентом: Борис Матвеевич, вы их видите первый раз, а я на них насмотрелась, и знаю, чем всё закончится.
п/ст Котовская
Еле уговорил прийти вместе с Сашей. А когда вечером Толя Дырда преподнёс ей букет цветов и свои стихи, Тереза растаяла, и со своим милым литовским акцентом сказала, что первый раз видит такую команду. В Москву поехал на ГАЗ 66 (высоковольтная лаборатория). В Тамбове заправили оба бака бензином. Едем, кругом дымы. Лето жаркое, засуха. На базаре в Тамбове картошку продают по два рубля килограмм. Прошлый год она шла по четыре рубля мешок. Надо было видеть эти крупные мужские слёзы на усатых лицах, продающих груши тоже по два рубля килограмм. Но надо признать эти ребята быстро сориентировались и тоже перешли на картошку. В машине запахло дымом. Виктор Егоров остановил машину, подошёл к кузову, где размещалась лаборатория, открыл боковую дверь, оттуда пламя, к огнетушителям не подобраться. В лаборатории есть чему гореть. Навстречу нам спешит милиция, двое толкают «москвчёнок», третий рулит. Толи 11 бензина нет, толи аккумулятор сел. Дотолкали до нас, стали наводить порядок на шоссе. Отогнали машину с кислородными баллонами, потом машину с газовыми баллонами. Подъехала пожарная машина. Пожарники походили вокруг горящей лаборатории, спёрли кожаные сидения, и уехали. Нет воды, поехали за водой. Милиция разгоняет машины в объезд. Вернулись пожарники с водой, стали тушить то, что осталось от машины.
Ярославль
МММ позвонил: надо ехать в Ярославль. Со мной согласился поехать Балашов Леонид Иванович, мой ангел хранитель на много лет. Здоровенный, надо сказать, ангел. Третьим взяли культуриста Толю Дырду.