Я наконец-то сеча за компьютер.
Пришел ответ от издателей из Питера. Просят собрать мои рассказы в книгу объемом не менее двенадцати авторских листов. Авторский лист — сорок тысяч знаков, включая пробелы. Книгу надо сдать до конца месяца. Обещают приличный гонорар. Села и стала подсчитывать. И так считала, и этак, получается у меня в аккурат пять авторских листов, откуда брать еще семь — непонятно.
Но не ударять же в грязь лицом. Написала им, что до конца месяца сдам все в полном объеме.
Ждем, — ответили мне.
Похоже, я вляпалась. Написать-то я, может, и напишу, только вот когда всем этим заниматься? Не на работе же.
Пошла к Мишкину, вздохнула и сказала, что мне предложили написать сборник рассказов, а поскольку дома у меня нет компьютера, а на работе писать не хочется, не будет ли он столь любезен и не позволит ли мне брать ноутбук, на котором я работаю, домой.
— Говно вопрос, — ответил Мишкин.
Уже легче.
Подошел Швидко и сказал, что ему надо срочно со мной поговорить.
По дороге к метро мы долго молчали, потом он поинтересовался, зачем я взяла ноутбук. Я гордо ответила, что одно известное издательство заказало мне книгу и в ближайшее время я буду очень занята по вечерам.
— Ты меня больше не любишь? — спросил он.
— Люблю, с чего ты взял? — пожала плечами я.
— Да так, просто я вижу, что с тобой что-то происходит, но не могу понять, в чем дело. Я что-то не так сделал или ляпнул что-то лишнее? Давай начистоту.
— Давай.
Я поняла, что если сейчас же, в эту минуту, я не объясню, почему так резко изменила свое отношение к нему, то уже никогда не смогу этого сделать и в конце концов сведу наши отношения на нет.
— Только ты не злись, ладно?
— Не буду, — пообещал он.
— Я очень люблю тебя, но, как и любая женщина, я хочу определенности. Я хочу нормальной семьи, хочу выйти замуж, родить ребенка. Я не готова всю жизнь встречаться два раза в неделю, мне нужно больше, — выпалила я и зажмурилась.
— Ясно, я так и думал, — кивнул Швидко. — Только непонятно, зачем ты мне говорила о том, что не хочешь выходить замуж, что тебя в первую очередь интересует карьерный рост.
— Потому что я знаю, что ты любишь свободу, мне уже все уши прожужжали. Я думала, тебе будет легче, если ты будешь знать, что мне от тебя ничего не нужно.
— Но тебе-то нужно? — спросил Швидко.
— Нужно, — ответила я, — очень нужно и важно.
— Я люблю тебя — это главное, все будет хорошо, — сказал он и обнял меня.
Он проводил меня до дома. Я поужинала и стала думать. Любить-то он меня любит, только вот замуж выйти не предложил, даже после того, как я ему призналась, что мне этого очень хочется.
Позвонила Нане.
— Бросай его, если и после таких объяснений мужчина не сказал тебе ничего определенного, значит, ничего и не скажет в обозримом будущем. — Затем она радостно сообщила: — Я пошла на курсы нейролингвистического программирования.
— И что?
— Ничего, завтра давай выйдем в кафе пообедать, я тебе все расскажу.
— Ага, — ответила я.
Достала ноутбук, предупредила родителей, чтобы они меня не отвлекали, потому что мне поручили написать роман века, и ежели они желают, чтобы их дочь прославилась и получила хороший гонорар, то пусть не заходят на кухню в ближайшие три часа. Села за комп и призадумалась. А писать-то нечего. Ничего не лезет в голову. Вот странно, раньше лезло, а теперь нет. С чего бы это? Грызя ногти, и попыталась припомнить хоть одну смешную ситуацию. Зашел папа и стал заваривать кофе.
— Напиши про мой самокат и Сталина, — посоветовал он, заглядывая через плечо.
— Это не смешно, — ответила я.
— А ты смешно напиши.
— Угу, не отвлекай.
Папа сел на стул рядом и стал смотреть в окно, в итоге проворонил кофе. На кухню вбежала мама и обругала его: она только сегодня вылизала плиту.
— Что за мужик, а? — заворчала она и стала вытирать лужицу убежавшего кофе.
— Слушайте, дайте мне спокойно поработать, иначе я ни фига не напишу. И так ничего не получается, а тут еще вы кричите, — возмутилась я.
— Не получается, потому что ты делаешь это по заказу и боишься не оправдать надежд. Просто расслабься и работай так, как раньше.
— Опиши, как я за селедкой ходил, — посоветовал папа.
— Точно, — захохотала мама. — Назови рассказ «Кукушонок и селедка».
— А это идея, только вы уйдите с кухни, а?
— Не-е-ет, я буду сидеть и тебе помогать, — сказал папа.
— Я помню все, если надо будет — позову, а теперь марш отсюда, — и я вытолкала родителей за дверь.