– … Ну и что это было? – мрачно интересуется перепуганный Ксенен, когда круги перестают плыть у меня перед глазами. – Почему ты не пошла через препятствие?
– Потому что оно на меня не нападало. Я подумала, что если в темном переулке передо мной стоит замерший в растерянности человек, то это же совсем не обязательно ученик ситха? Может быть это просто прохожий, которого мне следует защищать от ситха.
– Ты чё, дура совсем?!
– Почему? Джедаи же должны защищать людей, разве нет?
– Ну ты… Ты… Манюня ты и есть Манюня!
Вокруг захихикали. Только учитель этого веселья не поддержал, погнав всех на полосу препятствий. Только мне, как по голове стукнутой, велел медитировать на лавочке. Остальные завистливо косились в мою сторону. А некоторые мальчишки, пробегая мимо, коротко бросали насмешливое «Манюня». Похоже, заработала я дурацкую кличку. И никакое мороженое за обедом не поможет.
***
– Да ну тебя! Придумала тоже на кого обижаться! – машет на меня десертной ложечкой Йошка в ответ на мои тревоги. Ее перепачканная мороженым мордочка как обычно светится жизнерадостной уверенностью. – Подумаешь, «учитель Ксенен»! Сам уже больше года как падаван, а мастер его с собой на войну не взял! Как ты думаешь, почему, а?
– Нехорошо так о других думать. Тем более ты сама ему глазки строила. Только он на тебя и не посмотрел. И вообще, о какой войне ты говоришь?
– Ха! О той самой, на которую рыцари уехали. Да об этом весь Храм уже знает.
– Йошка! Ну разве можно быть такой несерьезной? Война, в которой участвуют все рыцари Храма, – это же неслыханно и страшно.
– Уж лучше я буду несерьезной, чем занудой как некоторые. И вообще, ты забыла, что я – великий пророк? Так вот, говорю тебе, нас ждут захватывающие приключения, но все обязательно кончится хорошо-прехорошо. И очень скоро. Так что доедай быстрее и бежим смотреть, что там за кутерьма на площадке за корпусом исцеления затевается.
– Нет уж, если ты говоришь, что все скоро кончится, то я лучше пойду к зачету по математике подготовлюсь.
– Ну и ладно, одна пойду. А ты сиди, таракан запечный, так все самое интересное в жизни пропустишь.
Если бы не мое давнишнее обещание позаниматься с самыми младшими, то я бы на Йошкины уговоры поддалась. Уж больно несчастное личико она умеет делать, когда убеждает. Сразу начинаешь думать, что если отпустить ее одну, то она обязательно во что-то вляпается, а виноватой в этом буду я. Только сегодня этот номер не прошел. Дело на безделье не меняют. Сама потом будет у меня просить задачку свериться посмотреть. А вот если она зачет завалит, это и правда будет залет. Да и что может быть интересного на пустыре за больницей?
***
Несколько следующих дней прошли странно. Если в первый день у младших юнлингов царило настроение «праздника непослушания», то очень скоро стало преобладать тревожное ожидание перемен. У нашего временного наставника Ксенена глаза блестят от предвкушения. А мне страшно.
Сама себе удивляюсь, но впервые мне на людях легче. Во время занятий забываешься как-то особенно, если на множество новых преподавателей не отвлекаться, а в суть предмета вникать как следует. Это в принципе несложно. Привратник Джурокк, например, очень интересно про историю Ордена рассказывает. Гораздо интереснее, чем на обычных уроках истории. В общем, пока делом занята, то нормально. А стоит один на один с собой остаться, как мысли лезут всякие, неспокойные. Но, может быть, все еще обойдется? Ведь не может же быть так, что тысячелетний храм не справился с возникшей проблемой? Нет, даже не так. В том, что с врагами мы справимся, сомнений нет. Только во мне крепнет ощущение того, что наша жизнь уже никогда не станет прежней. И это пугает меня. Никакие медитации не помогают. Учитель Йода учит изгонять из сердца своего тех, кто дорог нам. Значит ли это, что сейчас я должна изгнать из сердца Храм? Уф, голова раскалывается.
И опять от мыслей о странном меня спасает ворвавшаяся в комнату Йошка.
– Инка! Новость – полный отпад! Я знаю, что строят на пустыре за корпусом исцеления!
– Я тоже знаю. Новый вспомогательный корпус лечебницы из быстровозводимых блоков, - стараюсь погасить чрезмерный для джедая энтузиазм подруги, но при этом широко улыбаюсь.
– Ага, «вспомогательный»! Ну и легковерная же ты! Тогда зачем там панели силоизоляции устанавливают?
– Ну-у-у… Мало ли. Вдруг там палаты для тяжелораненых размещать придется. Так чтобы находящийся в беспамятстве джедай себе и другим не навредил, и чтоб его боль в соседних палатах не чувствовали.