Не успели старшие офицеры покинуть зал, как Мадин ринулся внутрь против течения. На то, чтобы доказать контрразведчику правомерность своих действий, ситху понадобилось около получаса. При этом ушел лейтенант хоть и сильно задумчивый, но на своих ногах.
Дарт Вейдер встретил меня как обычно у иллюминатора, за которым уже вырисовывались кружевные конструкции верфей Куата.
– Откуда у кореллианца, к тому же спецслужбиста, столько чистоплюйства?
Пожимаю плечами вместо ответа.
– Опасаетесь, что офицер наговорит лишнего?
– Едва ли. Не журналистам же он побежит интервью давать. А флотские слухи – они только слухи. Проблема, как его дальше использовать? Честный разведчик – нонсенс. Коммандос? А если он и на не вполне по-рыцарски пролитую кровь также отреагирует? Аналитик… Пожалуй. Только лучше уж у Таркина. Впрочем, это не твоя забота. Тебе же следует отправиться на поверхность Куата, как только здоровье детей это позволит. Вас ждут в загородной резиденции Онары Куата.
Высказывать сомнения я не стала. Они и возникнуть толком не успели. Так, некоторое недоумение по поводу, кто такая эта Онара, почему у нее фамилия как у планеты, и что делать детям в крупнейшей промзоне Центральных миров.
– Онара Куат – глава клана, владеющего «Верфями Куата» Это планета носит имя богатейших представителей мира, а не наоборот. И на поверхности Куата вполне умеренный климат и пристойная экология, потому что практически все производства вынесены на орбиту и спутники. И это неопасно. Не думаю, что здешние хозяева склонны ссориться с крупнейшим покупателем их продукции. Но ногри с собой возьмите.
***
Сады Куата – не самое распространенное словосочетание в нашей галактике. Но сады оказались прекрасны. Без тени иронии. Умеренный климат, неяркая, ненавязчивая природа и предупредительный и тоже ненавязчивый персонал – все это сделало наше с детьми пребывание на вилле семейства Куат легким и беззаботным. Дети часами носились по лужайкам, после чего с аппетитом ели и крепко спали. Мне только и оставалось, как присматривать за детьми, перемещаясь от лавочки к лавочке. Давно я столько не читала, как в эти дни.
Дарт Вейдер связывается со мной и детьми по нескольку раз в день. Но в основном в Силе. С малышами у него канал практически постоянный. Со мной у него тоже возникло нечто не вполне устойчивое, но общий настрой типа «у нас все в порядке, не волнуйтесь» вполне передающее. Результат двухлетних медицинских медитаций, наверное. На нормальную голосвязь у главкома сейчас нет времени: он принимает в состав флота целую кучу кораблей разного класса, из которых сразу десяток ИЗР-ов нового проекта, оборудуя один из них под флагман. В общем, на орбите сейчас жарко и суетно.
Время полдника. Подзываю детей, и мы идем к гостевому домику, на веранде которого для нас уже приготовлен чай. Впрочем, дети с радостным визгом несутся вперед на второй космической скорости не столько из-за выпечки на столе, сколько из-за вальяжно развалившегося на ступеньках дымчатого фелинкса. Зверь настолько пушист, что удержаться от того, чтобы его потискать, просто невозможно.
Только свой покой местный пушистик оберегает весьма тщательно. Один прыжок, и он уже на крыше.
– Кис-кис-кис! – без особой надежды на успех пытаются подманить его дети.
– Не так.
Незнакомый военный улыбается в светлые усы и привязывает к нитке блестящий фантик. Бумажка медленно «ползет» по дорожке. Фелинкс навострил уши. Резкий прыжок, и добыча почти в его лапах. Дети хохочут от восторга. Лея пытается схватить охотника за хвост, но офицер вручает ей нитку от игрушки, и охота на фантик продолжилась.
– Разрешите представиться, мэм. Капитан третьего ранга Оззель.
– Добрый день, мэм.
Из-за спины Оззеля выглянул капитан-лейтенант Пиетт.
– Добрый день, господа. Прошу за стол. Надеюсь, ничего не случилось?
Последнее я зря. Ибо лица у обоих офицеров отмечены свежими гематомами. Но это не Вейдер. Потому что пока рассаживались за стол, я заметила очень специфически сбитые костяшки пальцев у обоих. Значит, может и не равная, но драка, а не избиение. При этом Пиетт в парадном мундире, тогда как на Оззеле повседневная форма одежды.