– Готовы оба, и мент, и баба его. Ребенок…
– Да хрен с ним, с ребенком, главное, что Пахомов – труп. Ты все сделала как договаривались?
– Да.
– Тогда подождем результата.
– А бабки я когда получу?
– Когда будет результат, который нужен.
– Руки в гору! – ворвавшись на кухню, крикнул рослый оперативник. Сидящий за столом мужик бросил в него чашку с чаем и прыгнул к окну. Сильный удар ноги через разбитое стекло пришелся ему в грудь. Он упал на стол. Два оперативника, вывернув ему руки назад, свалили его на пол и защелкнули наручники.
– Твари поганые!… – пробормотал мужик. – Я вас на хрену видел и…
Удар в подреберье заставил его вскрикнуть.
– Значит, рассчитался с Пахомовым, Аммонал. Ну ладно, Пахомова, а жену-то его за что на тот свет отправил, мразь? – Оперативник ударил его.
– Да ты что, мусор! – завопил Аммонал. – Чё базаришь, мент?! Какого Пахомова?! Никого я не…
– Пошли, гнида! – Рывком поставив его на ноги, двое повели согнувшегося мужика к двери.
– А это для кого-то еще готовил? – Капитан милиции показал Аммоналу две шашки.
– Да, – покачал головой Павлов, – и как же это получилось?
– Машина притормозила перед выездом на проезжую часть, – ответил мужчина в штатском. – А там как раз проходит труба. Едва машина притормозила, кто-то взорвал аммоналовую шашку, двести граммов в тротиловом эквиваленте.
– Значит, заранее спланировано, – пробормотал майор. – Подрывника взяли?
– Да, – ответил старший сержант, – везут. Это Сашка Агапин, кликуха Аммонит. Он за это и сидел. Его Пахомов брал. Агапин пытался установить взрывное устройство в подъезде девятиэтажки. Женщину, как он говорил, попугать хотел. Пахомов взял его. И он грозился: тебя, мент, на куски разрежу, как только выйду.
– Значит, поэтому и решили, что он Пахомова взорвал, – сказал майор. – Но обычно те, кто пугает, ничего не делают. Мне хотелось бы поговорить с ним.
– Сейчас привезут. У него нашли еще пару шашек.
– Что-то я не пойму, – растирая кисти, усмехнулся Денис. – Наручники сняли, а ты один. Чего ты хочешь?
– Денис, – вздохнул Потапов, – выслушай и не торопись послать меня подальше. Я боюсь за своих детей. За сына и за дочь. Сын женат, и у них есть ребенок. Их угрожают убить. Дело вот в чем… – Он достал сигареты. – Будешь?
– Давай!
Потапов протянул Денису пачку.
– Так вот, я никогда никого и ничего не боялся, меня боялись. А сегодня я понял, что никому не могу доверять. Я потерял и деньги, и лес, из-за которого твоего тестя сунули в психушку. Я с тобой говорю как с человеком, который может мне помочь. Тебя сейчас отпустят. Ты можешь набить мне морду, но спаси моих детей. Сына, его жену и внука. До дочери они пока не добрались. Я тебе расскажу все, а ты решай…
– Слушай, ты, – процедил Денис, – мразь, если с тестем что-то случится, я тебя убью.
– Не убьешь. У тебя жена и сын, ради них ты все выдержишь. А у меня беда вот-вот случится. Знаешь, я много чего в жизни натворил плохого. Точнее, хорошего, – только что детей сделал. И сейчас из-за меня им угрожает опасность. И я прошу тебя, Мороз, – он бухнулся на колени, – помоги, умоляю, Денис! И не нужен мне никакой долг, я помогу чем хочешь. Денег дам и машину куплю. В общем, все, что хочешь. Боюсь я. – Он неожиданно всхлипнул.
Мороз удивленно смотрел на него. Привыкший повелевать, загубивший не одну жизнь, сильный, властный Потапов плакал.
– Эй, поднимись. Давай поговорим…
– Помоги. Мне больше не к кому обратиться. И я тебе верное слово даю: если тебя убьют, у твоей семьи будет все – клянусь! Конечно, это им тебя не заменит, но не даст пропасть. Помоги, Мороз, я тебе сейчас и долг прощу, и денег дам сколько хочешь. И бумагу напишу, что никаких претензий к тебе не имею. Только помоги! Защити моих детей! Я же знаю, что у тебя есть знакомые, с которыми ты воевал, и в Питере, и в Ярославле. Помоги, пожалуйста!
– Да встань ты, – процедил Денис.
Потапов поднялся.
– Вот что, – сказал Денис, – мне до твоих проблем дела нет. Да и чем я могу тебе помочь? У меня сейчас… – Он тряхнул головой. – Ты, наверное, слышал, что случилось в Рыбачьем…
– Бузин за собой заметает, – сказал Потапов.
– Знаешь Бузина?
– А как же!… Та еще мразь. Святого вообще ничего нет. Как отца его убили, вообще беспредел начал…
– Значит, Витька… А ведь я его спас. Значит, он. Ты думаешь, Альпийца Бузин убил?
– Какого Альпийца? – не понял Потапов.
– Которого в Рыбачьем убили.
– Он. Тот мужик прапорщиком был, и воевали они вместе. Бузин его использовал два года назад. И потом, когда разборки у него с грузинами были в Череповце, тоже этот прапорщик работал. Потом исчез. Бузин его год искал, потом кого-то другого нашел. Но теперь снова, видно, хотел этого задействовать.
– Погоди, – покачал головой Денис. – А откуда ты обо всем узнаешь?
– Мы помогли ему начать, когда отца убили. Нормальный мужик был Николай Антонович. У Бузина дед банк основал в начале девяностых и сына вовлек. Потом Антон Тимофеевич от дел вроде как отошел. А мы – я, Тулин, Шустович и брат мой Яшка – помогли Бузину. Он троих конкурентов убрал, и я понял, что серьезный мужик к делу пришел. Он нам деньгами помог и еще кое-чем. Потом мы разошлись, каждый стал на себя одеяло тянуть. Правда, без войны обошлось. Но Буза захотел…
– Послушай, – остановил его Денис, – а чем я могу тебе помочь? Убить кого-то?
– Долг за жизнь, – пробормотал Потапов. – Поэтому я дал тебе денег и заставил дать Гусева и Заикина. Кстати, ты знаешь, кто убил Чагина?
– На меня хотели повесить.
– Лешка Дугин, – сказал Потапов. – Его за это и зарезали. Он пытался объяснить Косте, что не надо лезть в твою семью, а Чагин бросился на него. Алексей его и убил. Тех, кто убил Гусевых и Заикиных, не знаю. Хотя подозрение имею. Есть у наших оборотней люди, наверное, они убили. А тебя может приказать убить Бузин. Это ведь все от него идет, он уже убрал…
– Мне этого знать не надо. Давай прекратим этот разговор. Я ничего не знал и знать не желаю. И помочь тебе не могу. Все, что хочешь, со мной делай, но я отказываюсь.
– Ну что же… – Потапов вышел. Тут же вошел капитан.
– Свободен! – Он положил на стол бумагу. – Распишись, вот пропуск, и уходи.
– Врешь, Мороз, – прошептал, выходя из ОВД, Потапов. – Я твои глаза видел, когда ты узнал о прапорщике. Бузин подтолкнет тебя к действию. – Телохранитель открыл заднюю дверцу «мерседеса». Потапов оглянулся. Из здания вышел Мороз. Подняв голову, он посмотрел в синее небо и глубоко вдохнул. – А долг я с тебя спишу, когда узнаю, что ты начал действовать, – прошептал Потапов.
Денис увидел такси и поднял руку.
– Ты договорился с ним? – стоя у окна кабинета, спросил Зидинский.
– Не знаю, – ответил Сулин. – Не прощался, руку не жал, скорее всего – нет.
– Но Мороза отпустили.
– Да и хрен с ним! Меня сейчас больше Бузин волнует. Что-то он замолчал, а раньше постоянно звонил.
– А чего ему узнавать, он хапнул деньги и Тулина убрал, зачем мы ему теперь?… Но я это так не оставлю, придется ему поделиться с нами.
– А не боишься, что вместо денег пулю получишь?
– Нет, нам нечего бояться, нас он не уберет. Мы о нем слишком много знаем, и после нашей смерти вологодские коллеги получат неопровержимые доказательства его преступлений.
Шанги
– Я же говорил! – Иван рванулся к двери.
– Что ты говорил? – Из кухни выглянула Ольга.
– Привет, старлей! Похудел немного! – послышалось со двора.
– В норме, – весело отозвался Денис.
– Денис! – Из дома выбежали Оля и Наташа.