— В твоей бывшей квартире убрались, — сказал он, наконец, — там какие-то вещи остались. Если хочешь, мы можем съездить за ними.
— Прямо сейчас? — он кивнул.
Арха сомневалась, что там могло остаться хоть что-то целое. Да и плевать ей на вещи было. То, чем ведунья действительно дорожила, уничтожили точно. А остальное можно смело послать во Тьму. Но предстоящая прогулка с Даном вместо великосветского ужина выглядела весьма заманчиво.
— А можно только вдвоем поехать? — накручивая его волосы себе на палец, поинтересовалась лекарка робко. — Наверное, тебя одного для моей охраны будет достаточно?
Рогатый тихонько щелкнул ее по носу, заявив, что желание дамы для него закон. Но в том, что идея была действительно умной, Арха засомневалась, как только демон попытался встать. Потому что с первой попытки у него ничего убедительного не получилось. Но лекарка уже усвоила, что если демон себе в рогатую башку что-то вобьёт, то остается только в сторонку отходить, чтобы не снес.
Он сжал зубы так, что желваки под скулами заходили. И встал-таки, почти даже не шатаясь.
Ведунья удостоилась не слишком уверенной улыбки и совета подождать его у ворот. Пришлось исполнять. Хорошо еще, что демонесса, видимо, в Бездну провалилась. Потому что золоторожка за вечер так и не появилась и отстаивать свое будущее семейное счастье не пыталась.
Честно говоря, Арха ее появления ждала. Ну, не могла Адаша упустить столь удобного случая устроить очередной скандал. И пока лекарка у ворот мялась, она поминутно оглядывалась, ожидая появления прекрасного виденья. Потому что красавице как раз времени хватило бы не только тихонечко отвернуть голову наглой грязнокровке, но и тело в саду снежком присыпать.
Собирался хаш-эд долго — девушка даже успела замерзнуть. Но когда Его лордство, все-таки, изволил явиться, то полутруп уже не напоминал. Так, обычный демон. Бледноватый только.
Арха с его адской коняшкой обменялись традиционными приветствиями. В смысле, конь на ведунью презрительно фыркнул, ехидно кося кровавым глазом, а она шарахнулась в сторону. Потом лекарку усадили животине на спину, так же традиционно использовав собственную ногу в роли опоры. Ну и поехали. Неторопливо, хотя мороз к вечеру заметно окреп.
Как только ворота остались за их спинами, девушке даже дышать стало легче. Не нравился ей этот особняк. Да, большой. Да, роскошный. Но склепы ведь тоже бывают большими и роскошными. Нет, Арха не считала, что дом отличался особой мрачностью. Но было в нем что-то такое… нехорошее. Словно за садом сразу Тьма начиналась.
Всю дорогу Дан молчал, то ли думая о чем-то своем, то ли просто нехорошо ему было. Только один раз и спросил, не замерзла ли ведунья. Стараясь не слишком громко стучать зубами, Арха честно ответила, что у нее даже внутренности скоро в ледышку превратятся. Лорд поторопил свою животину, которая начала быстрее переставлять заиндевевшие копыта. Но скорости передвижения им это не прибавило.
Когда они, наконец, подъехали к бывшему дому лекарки, у девушки уже ресницы от холода слипаться начали. Пришлось их едва ли не руками раздирать. Рогатый привязал свою конягу и велел Архе ждать ровно пять минут, пока он осмотрит квартиру на предмет спрятавшихся по темным углам убийц, не иначе как с ножами в зубах поджидающих наивную ведунью.
Лекарка послушно осталась клацать зубами на морозе, но положенного времени не выдержала. Да и не слишком верила, что ей вообще может что-то грозить. Поэтому смело шагнула в подъезд. И тут на нее навалилась тоска. Все-таки, в этом доме Арха почти больше четырех лет прожила. Многое за это время было разного — и плохого, и хорошего. Но не хотелось ей отсюда уезжать. Потому что прошлое принадлежало только ведунье. А будущее терялось где-то за горизонтом.
Тяжело вздохнув, Арха поплелась по лестнице, мысленно считая ступеньки. Почему-то так взбираться было морально проще. Смотрела она себе под ноги, свесив голову, как усталая лошадь. Это ее и спасло. Удавка зацепилась за подбородок, а не захлестнулась вокруг шеи. Голый инстинкт заставил девушку наклонить голову еще ниже и шатнуться назад, ослабив напряжение металлической струны. Краем глаза она заметила, что что-то мелькнуло сбоку и довольно низко. Кажется, кожи коснулся холодный металл, но на это лекарка внимания не обратила.
Вообще происходящее смешалось в какую-то кашу. Она почти ничего не различала, кроме сопения и топота ног, под которыми поскрипывали половицы пола. «Почему они так топают, ведь вроде никто и никуда не бегает?» — мелькнула отстраненная, далекая мысль, словно ее кто-то другой подумал.