Паромной переправой Жиглен-Призна не воспользовались. Хотелось сделать памятные фотографии на синем фоне Адриатического моря, а главное - на Пажском мосту (*хорват. - Paški most), где разнаряженной в вечерние прикиды компанией, со всех сторон обдуваемой до дрожи влажным морским ветром, все, кроме моего отца, оставшегося ждать в машине, спустились к развалинам древней крепости времён владения островом венецианцами. От нее остались лишь просоленные добела руины с уцелевшими толстыми стенами без крыши.
Кто-то из наших друзей, позируя, прикасался к холодной каменной кладке. Я тоже провела ладонью по ставшей гладкой от соленых ветров поверхности стены. Удивительно, что спустя много веков строение не разрушилось, а чудом осталось стоять на краю острого мыса, выдающегося в сторону пролива между островом Пагом и материком.
Ступая осторожно на каблуках по каменистой дорожке, я заметила остроконечный камешек с несколькими круглыми дырками. Подняла и посмотрела сквозь щель в небо, где из-за облака, будто специально для меня, пробился солнечный луч.
- Куриный Бог, пожалуйста, подари мне счастье и море любви! - прошептала я, чтобы никто не услышал, и скорее спрятала камешек в карман мехового пальто.
Уединиться здесь для импровизированной молитвы, с подробным обдумыванием каждой просьбы к Куриному Богу, сейчас не представлялось возможным.
- Не отставай! Пойдем ко всем, общий снимок на фоне маяка и бухты сделаем, а потом - по машинам! - позвал мой новый муж.
Использовав еще нескольких остановок для фото, наша свадебная процессия наконец прибыла в столицу. Родители и все, кто постарше, после размещения в заранее забронированных номерах отеля, остались в тепле. Отдыхать.
Мы же с близкими друзьями решили совершить вечернюю прогулку.
Предновогодний Загреб сиял огнями гирлянд. Наши гости разбрелись по рождественской ярмарке в парке Зриневац (*хорват. - Zrinjevac). Он расположен совсем недалеко от квартиры свекра, заранее украшенной нами к Рождеству еловыми ветками.
Собравшись снова вместе, мы остановились у неперегруженного народом киоска. Купили белого и красного глинтвейна и теперь беспрерывно слушали пожелания, успевая чокаться пестрыми фарфоровыми чашками-сапожками друг с другом.
Пьянели быстро. Из закуски на витринах преобладали сладости. Поэтому одни лакомились загребскими штруклями, яблоками "в платочках", другие откусывали искусно разрисованные лицитарские сердца (*хорват. licitarsko srce – пряник в форме сердечка из медового теста ярко красного цвета. Он является частью культурного наследия Хорватии и традиционным символом города Загреб) или хрумкали папренячи (*хорват. рaprenjaci - пряничные печенья с перцем) и засахаренные жареные орехи, радостно поддакивая каждому, кто пил за нас - новобрачных. Пока не раздалось громогласное:
- Я предлагаю тост не за жениха и невесту! Не за них!
Все обернулись на голос незнакомца, продолжающего орать:
- Выпьем за прекрасную Тюхе! (*Др.-греч. Τύχη - «случайность», то, что выпало по жребию.) Пусть она иногда благоволит только что родившейся семье! Молодоженам нужны лишь умение и сноровка заполучить хотя бы крохи из божественного рога изобилия, а главное, оставаться на вершине её колеса чаще, чем падать мордой вниз!
Звучный голос, хорошо подходящий к большим лекционным аудиториям, тут же добавил иронично-язвительным тоном:
- Впрочем, это удается только очень искусным гимнастам! Являетесь вы таковыми или нет, решайте сами! Законы физики вам в помощь!
- Вот гад! - прошептала я любимому. - Откуда он здесь? Какому идиоту пришло в голову пригласить моего бывшего? Не выношу его заумную болтовню с непременным подъебыванием!
Ответа на мой вопрос я не получила. Муж сосредоточенно внимал всем пожеланиям непрошенного гостя, и уже протягивал навстречу всем свою чашку, чтобы чокнуться ею.
Оказалось, что в морозном воздухе эхо тоста далеко разносится по рождественскому базару. Потому что гулкие, будто в микрофон, поздравительные слова услышали не только наши гости, но и пол-ярмарки.
- Постойте, я не поняла! О каком колесе идет речь? - вдруг пропищал девичьим голосом, из начавшей смыкаться вокруг нас толпы, низко надвинутый капюшон в желтой куртке.
- Все устроено просто в этом мире! И неизменен закон колеса богини Тюхе! То, что было вверху, будет внизу! Сегодня тебе весело и фартит, а завтра накрывает волной несчастья, и все в твоей судьбе летит к чертям! Ты многократно падаешь и ударяешься, пока не разлетаешься в ошметки.