– Почему ты прогоняешь меня, Брэндон? – на ее лице отражается вся боль, а в карих глазах – слезы. Они собираются в уголках, а она не спешит их вытирать. Тяну к ней руки, и она не отталкивает меня. Вытираю слезы подушками пальцев.
– Я не знаю, что со мной, – выдыхаю ей в лоб, когда оставляю осторожный поцелуй. Девушка вздрагивает, будто что–то внутри нее обрывается и всхлипывает. Поспешно собирает свои вещи и вылетает из зала.
Отлично, попрощался с единственной девушкой, которая скучала и ждала, когда я приеду домой. И которая была со мной с первого дня возвращения с больницы.
Мама не в счет. Она сердобольная душа, жалела меня, когда Фаби не оказывалось рядом.
– Дорогой, почему Фабиан вылетела из дома в слезах? Ты опять обидел ее? – матушка появляется, будто узнав, что я размышляю о ней. Киваю ей, а сам поднимаюсь с дивана и следую в душ. Хочу смыть с себя это гадкое чувство предательства и жалости.
– Так нельзя! Девушка все на карту поставила, ждала тебя, постоянно летала к тебе, несмотря на опасность, а ты вот так просто прогонишь ее? Что с тобой, Дони? – оставляю ее вопросы без ответа, закрыв дверь за собой.
Что я за подонок? И как Рай живет с таким? Мы же с ним реальные противоположности. Я мечтаю о семье, он не хотел никогда об этом слушать. Я никогда не грубил семье, он же головная боль отца и вечное страдание Эсми.
А теперь я такой же. Грублю матери, прогоняю свою хорошенькую невесту, послал отца к черту. Ощущение, будто в меня реальный бес вселился.
А причина проста – моя неспособность вернуться сейчас в строй. И в ближайший месяц–второй, меня и близко к передовой не подпустят. От этого все кости крутило. Отчаяние гадко и липко подобралось, и душит, отбирая последние силы.
Рана зажила, а вот проблемы пока еще не ушли. Регенерация долгий процесс. Мне необходимо восстановить натренированность, которая потерялась, пока я лежал в больнице.
– Рай, привет, – здороваюсь с другом, замечая на фоне знакомый пейзаж.
– Привет. Выглядишь хреново, – он хмыкает, и садится на скамейку, открывая на друга. В камеру попадает типичная Австралийская забегаловка.
– Чувствую себя так же. Решили слинять к Эту? И бросить меня? Сволочи, – усмехаюсь, закуривая сигарету. А че еще остается?
– Я тут.. По делам, – он осекается, увидев кого–то и расплывается в довольной улыбке.
– Не понял, с этого момента подробнее. У меня времени достаточно, – усаживаюсь удобнее на кромке бассейна, опуская ноги в теплую воду.
– Моей девочке потребовалась помощь. Я решил постараться воспользоваться шансом, как ты и советовал.
– Вау, Рай, ты меня поражаешь. Скинь ее фоточку, оценю хоть, – по грозному оскалу друга понимаю, что пора дать заднюю.
– Я сегодня невесту от себя прогнал, – выдыхаю с последним дымом. Раймонд кивает, будто уже знает.
– Она звонила, спрашивала о тебе. Я сразу понял, что счет на дни у вас там идет. И что думаешь дальше? Вы разве друг другу такое прощаете?
– Задаешь правильные вопросы, брат. Обычно нет, не прощаем. Но и сделать мало что можно, официально мы даже к ее семье не ходили. Просто нарекли ее так, и постепенно ко всему готовились. Обидно им конечно будет, такого женишка просрали–то, – ухмыляюсь, а сам почему–то вспоминаю ее образ. Впервые за все время вспомнил ее голубые глаза, всплеск страха, но такого отчаянного желания помочь.
– Ох, моя девочка зовет меня. Я перезвоню, – вижу по его улыбке, что перезвонит, но не сегодня. Отключается, а я все думаю о ней. Сам запрашиваю досье на девочку.
Его мне приносят перед сном, почитать как сказку. Пока основная информация, остальное будет через пару дней готово.
Миртл Гамбл, дочка Лукаса, а значит она сестра сволочи Стэна. Такая же сука, или нет? Хочется верить, что нет. Сразу узнаю, где училась, где росла. С кем дружила. Узнаю, что сейчас учится на медсестру на платке, но одна из самых успешных девчонок группы.
А еще узнаю, что она последний месяц провела в Канаде, возле умирающей тети. Точнее, она умирала от ошибки врачей и их промедления. Просматриваю выводы врачей с Австралии. У нее шансы на спасение. Значит, Рай спасает ее тетку от смерти. Забавно.
Ей чертовых 19 лет. Малая как щенок, который только бросил сосать материнскую сиську. Жизни не знает, не знает, что такое смерть, предательство. Завожусь и торможу себя.
Главное, чтобы не использовала Рая как предыдущие суки. Но почему–то смотря на ее фото, хочу верить, что она другая. Что она не предаст.
Остальное досье получаю через два дня. Не останавливаю себя от желания прочитать.