Айви выбирает для ребёнка комбинезоны. И я не могу не пялиться, зачарованно наблюдая
как от улыбки у неё озаряется лицо, и от этого она становится ещё красивее.
— Знаешь, Натан, нет ничего плохого... — начинает Мэйсон, привлекая мое
внимание.
— Что? — в замешательстве я разворачиваюсь к нему.
— …Она прекрасна, она очень милая и умная.— Продолжает он, как будто я ничего
не говорил. — Нет ничего плохого, если она тебе нравится, — говорит он, указывая на Хани.
Следую за его взглядом и на мгновение встречаю взгляд Хани.
— Это не так, и не в том смысле, какой ты подразумеваешь! — разъясняю я, защищаясь. — Я беспокоюсь о ней, и нет ничего большего, я уже тебе говорил. — Но кто
знает почему, я сам не верю своим словам.
— Почему ты такой упрямый? Ты не можешь продолжать себя винить! Почему ты
хочешь уничтожить свой шанс быть счастливым? Знаешь, она бы хотела этого, мы оба знаем
какой она была. Она хотела бы, чтобы ты продолжал свою жизнь! Нет ничего не
правильного, прошло практически пять лет. Ты заслуживаешь того, чтобы рядом был
хороший человек.
Мы не раз сталкивались в этой дискуссии, и всегда придерживаемся противоположных
мнений.
— Мэйсон, близкие мне люди всегда испытывают боль, и я, честно говоря, не вынесу, если кто-то ещё, кого я полюблю, из-за меня пострадает. Это мой, самый большой страх.
— Она уже страдала и, вероятно, страдает до сих пор; вы можете просто помочь друг
другу. — Он вздыхает. — Знаешь, ты можешь попытаться держать своё сердце под замком, сколько хочешь, но когда любовь приходит, она не спрашивает у тебя никакого разрешения,
а просто входит. Возможно, очень тихо, и ты даже не заметишь, пока не будет поздно
отступать. Может, это уже происходит с тобой, и ты ещё этого не понял. Но в любом случае, запомни, ты не сможешь избежать любви, сколько б ни старался... и это правильно, —
заключает Мэйсон с весёлой улыбкой. Иногда я думаю, что это мой личный говорящий
сверчок.
Пока слова, сказанные моим лучшим другом, звенят у меня в голове, я возвращаюсь
взглядом к Хани. То, что он говорит – правда? Я действительно, даже не заметив, начинаю
что-то испытывать к ней? Возможно ли, что не узнаю новое чувство? Или так привык к боли, что не воспринимаю другое чувство? Честно говоря, не знаю, но единственное в чём уверен
– я хочу защитить её, и если это необходимо, то даже от себя самого. Но не понимаю почему, эта последняя мысль меня огорчает.
* * *
Приезжаю в офис, где меня ждёт Кайл.
— Что нового? — с надеждой спрашиваю я, снимая куртку.
— Ничего, — отвечает он разочарованно. — Первый мужчина – простой наркодилер, он ничего не знает, а второй отказывается сотрудничать.
— Я попытаюсь его убедить, — говорю я, направляясь в комнату для допросов.
Когда иду, ко мне присоединяется Мэйсон.
— Вот файл, который ты просил, как думаешь, это сработает?
— Скоро узнаем, — говорю я, открывая дверь, и вхожу в комнату, где стоит только
стол и два стула, на одном из которых нас ожидает подозреваемый с раздражённым видом и
полный уверенности, что мы ничего не сможем вытащить из его рта. Ну, сейчас посмотрим.
— Итак, Рид… — я сажусь напротив него, очень спокойный, как будто у меня имеется
всё время в мире. Мэйсон стоит, опираясь на стену и скрестив руки и ноги. — Мне
сообщили, что ты отказываешься сотрудничать…
— Тебе сообщили правильно, друг, мне нечего сказать, — огрызается он.
— Понятно. — Я достаю из досье фотографию, и подталкиваю её по столу к Риду. —
Ты узнаешь его? — спрашиваю, но его выражение и сжатая челюсть мне уже дают ответ.
Ухмыляюсь, получив первый результат. — Я полагаю, что да. Теперь дело в том, что этот
безжалостный человек, месяц назад был за что-то арестован, и у меня есть предположение, что у тебя с ним имеется незаконченное дело. И я точно знаю, что ему не нравится иметь не
законченные дела. Тебе понятно, что я имею в виду? Так что... — я продолжаю, пока он
смотрит на меня с плохо скрываемым ужасом в глазах. — Я даю тебе два варианта: первый
из них – окажешься с ним в одной камере, и знаешь, всегда могут случиться несчастные
случаи… — ухмыляюсь и прерываюсь на минуту, чтобы оставить его вариться в этом
бульоне. Затем продолжаю снова, поднимаясь со стула и опираясь на ладони о стол и глядя
прямо в глаза этого маленького торговца наркотиками. — Напротив второй, заключается в
том, что ты решаешь сотрудничать, и взамен мы делаем твоё пребывание в тюрьме немного